— Посмотрел?
Люся отвернула уголок одеяла, и я увидел в окошечке маленькое красное личико и два темно-голубых удивленных глаза. Нос с белыми пупырышками напоминал горошину. Верхняя губа находила на нижнюю.
— На вас похожа, — улыбнулась мне няня, — будет счастливой.
Второго ребенка она отдала майору Сливко, и он теперь стоял как изваяние, боясь пошевелить даже бровью Верочка что-то тихо рассказывала ему, но он, по-видимому, ничего не слышал.
«Наверно, у меня такой же глупый вид», — подумал я и стал качать молчавший сверток. Сливко посмотрел на меня и тоже начал, словно стальной робот, — чуть пригибаться и выпрямляться, с такой же сосредоточенностью на окаменевшем лице.
Находившиеся в приемной люди засмеялись.
— Возьми его, — Сливко неуклюже переложил ребенка на руки Верочке и полез за папиросами. Он так был взволнован, что на лбу и под носом у него выступил пот. Это самый-то спокойный человек!
Неизвестно, сколько бы мы простояли в приемной, если бы не Варвара Васильевна, взявшая инициативу в свои руки. Мы не успели с майором еще и в себя прийти, как Люся и Верочка с новорожденными оказались в машине. Туда же было велено сесть и Полине Тимофеевне.
— Ну а вам, соколики, придется прогуляться пешочком, — Варвара Васильевна села рядом с шофером, и «Победа», плавно покачиваясь на неровностях, покатила по дороге.
Мы переглянулись с майором и пошли следом за машиной. Люся помахала через заднее стекло. Мы тоже помахали ей.
— Отцы семейств остались без семейств, — сказал Сливко.
Я хотел было разозлиться на майора за то, что по его милости должен был тащиться пешком, а не сидеть рядом с Люсей, которую так долго не видел, но разве можно было обижаться на человека, который, совершая благороднейший поступок, не продумал какую-то мелочь, маленькую деталь.
— Это не беда, — сказал я.
— Тем более что на краю села имеется чайная, где можно сделать передышку, — майор подмигнул мне, — и пропустить по одной за наших наследников.
Около чайной я сунул руку в карман и обнаружил ключ от квартиры.
— Для меня передышка отменяется, — я показал майору ключ. — Придется перейти на форсаж.
— Досадно. И ничего не поделаешь.
Мы прибавили шагу и через полчаса были в гарнизоне. Но мы могли бы и не торопиться. Комната уже оказалась открытой, и мне не удалось увидеть, какой эффект она произвела на Людмилу. Говоря по совести, меня это даже немного огорчило.
— Где же вы взяли ключ? — спросил я у Полины Тимофеевны, которая вышла встретить меня в прихожей.
— Все сделал Николай — ваш сосед.
— Лобанов?
— Он просто маг-волшебник.
— Как она находит комнату?
— Довольна. Всем довольна.
Из комнаты раздавались голоса, смех.
— У нас гости?
— Полная квартира. Пришли смотреть дочку. Все ждут тебя. Раздевайся скорей.
— А кто хоть?
— Не знаю. Твои товарищи. Верочка со своим младенцем тоже здесь.
— А майор отправился домой.