— Ну нет…
— Давайте загляните!
— Я уже заглянула, — призналась Лотти.
— Кстати, что вы тут делаете? Продаете что-нибудь?
— Ищу кое-кого.
— Сожалею, милочка. Мистер Картер на работе.
— Не мистера Картера. Я пытаюсь найти след человека, который жил на этой улице сорок лет назад. Ее звали Гизелла Джонстон.
Женщина вставила ключ в замок и отперла дверь.
— Гизелла? Ах да, я помню ее. Милочка, вы похожи на мокрого щенка. Не желаете ли зайти ко мне на чашечку чаю?
Женщину звали Филлис, и она жила в трех улицах отсюда. И жила там всю свою жизнь. Сейчас, став бабушкой, она два дня в неделю убиралась в домах у других людей.
— Вы уверены, что мистер Картер не будет возражать? — Лотти видела, как вода, капавшая с нее на безупречно чистый белый кухонный пол, уже собралась в лужицу.
— Что глаза не видят, по тому сердце не тоскует. Давайте сюда вашу куртку. Господи, милочка, да вы промокли насквозь!
В этом Филлис не ошиблась. Ее же лимонно-желтые кардиган и джемпер были абсолютно сухими — это выяснилось, когда она сняла свой ярко-синий пакамак.
«Именно в такие моменты и понимаешь, как можно опростоволоситься», — подумала Лотти. Когда начинаешь осознавать, что на самом-то деле пакамак — это очень полезная вещь, если не крайне желанная.
— Он работает в рекламном агентстве, — продолжала Филлис. — Уходит из дома в половине восьмого утра и возвращается только после шести. Я прихожу, когда мне удобно, убираюсь и ухожу. Очень милая работа. И денежки капают. Мы с мужем в прошлом году отправились в круиз по Средиземному морю.
— А еще вы стираете для него, — сказала Лотти, видя, как Филлис заправляет в барабанную сушилку содержимое черного мусорного мешка.
— Вовсе нет, милочка. Я просто одалживаю машину, чтобы высушить свои вещи. Он симпатичный малый, он бы не возражал. — Вдруг Филлис насторожилась и осведомилась: — А вы, случайно, не из налоговой, а?
— Надеюсь, что теперь шутите вы, — искренне ужаснулась Лотти. — Я похожа на ту, кто работает в налоговой?
— Присаживайтесь. Я налью нам по чашке чаю. — Включив сушилку, Филлис налила воды в черный чайник обтекаемой формы. — Так зачем вы разыскиваете Гизеллу?
Ну наконец-то!
— Мой друг знал Гизеллу, когда она была совсем юной. Он хотел бы снова увидеться с ней. Фредди Мастерсон, — сказала Лотти, сообразив, что Филлис вполне может всплеснуть руками и восторженно воскликнуть: «Фредди Мастерсон? Вот те на! И как поживает старина Фредди?»
Но никаких восторженных восклицаний не последовало. Вместо этого Филлис скривила оранжевые губы и произнесла:
— А, он. Неудивительно, что он послал вас выполнить за него грязную работу.
Ну и ну!
— Почему?
— Потому что его ждал бы неласковый прием, если бы он нашел ее, поверьте мне. Я помню Фредди. Разбил девчонке сердце. Бедняжка, она ничем этого не заслужила. Сколько сахару?
— Два куска. — Лотти сморгнула с ресниц последние капли дождя. — Он искренне сожалеет, что причинил ей боль. Она все еще живет здесь?
Это было бы фантастикой! Возможно, ей удастся еще сегодня увидеться с Гизеллой и уговорить ее вместе поехать в Хест…
— Нет, милочка. Перебралась в Америку. Молока?
В Америку! Проклятие.