Остроумие мир. Энциклопедия: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Однажды министр Пасси, рассердившись на двух служащих в его ведомстве, назвал одного из них сумасшедшим, другого вором. Этот отзыв, конечно, поспешили передать обоим чиновникам, но вышло как-то так, что невозможно было с точностью разобрать, кого именно из них назвали сумасшедшим, кого вором. Оба ужасно обиделись, долго судачили о министре, совещались, что им предпринять. Один из них особенно горячился и настаивал на объяснении, другой же держался осторожно.

— Во всяком случае я этого так не оставлю, — шумел первый.

— Однако что же, в сущности, вы можете сделать с министром?

— Как что? Потребую объяснений, вызову, наконец, на дуэль.

— Да вы с ума сходите!

— Что, что?.. Как вы сказали?..

— Я говорю, что вы сумасшедший.

— А ну, коли так, то и не о чем объясняться с министром.

— Как так? Что вы хотите этим сказать?

— Господин Пасси сказал, что один из нас сумасшедший, другой вор. Вы сами говорите, что сумасшедший я; следовательно… вор не я. Мне не на что обижаться.

* * *

Марешаль издал очень странную книгу «Словарь атеистов». В ней он причислял к числу безбожников Паскаля, Боссю, Фенелона и даже Иоанна Златоуста! Для доказательства же безбожия он выбирал из этих авторов отдельные слова и фразы, не стесняясь и переделывать их по мере надобности. Так, к числу безбожников им был между другими притянут известный поэт Делиль. У него в стихотворении, посвященном птичке колибри, есть такая строфа:

— Если боги имеют капризы, то она (т. е. колибри) — очаровательнейший из этих капризов.

Марешаль же изменил эту строфу так:

— Если есть боги, то колибри — очаровательнейший из их капризов.

В таком виде он и послал свою книгу Делилю. Тот, прочитав искажение своего стиха, написал Марешалю письмо, в котором говорит:

— Что же делать с вами, коли вы на небесах не видите того, что там есть, а в моих стихах видите то, чего там нет.

* * *

Георг II (английский король) однажды остановился дорогой в гостинице, в глухом местечке, и спросил себе на закуску яиц. Хозяин спросил с него по гинее за яйцо.

— У вас тут яйца, должно полагать, большая редкость? — спросил, улыбаясь, король.

— Нет, ваше величество, яиц у нас сколько угодно, а короли — редкость.

* * *

Герцог Мекленбургский часто глубоко задумывался. Если в это время кто-нибудь его спрашивал, что с ним, — он отвечал:

— Ничего, я даю аудиенцию своим мыслям.

* * *

Шатобриан был враг компромиссов.

— Моя жена, — говорил он, — обедает в 5 часов, я же никогда не чувствую аппетита раньше 7 часов. И вот, чтобы угодить друг другу, мы условились обедать в 6 часов. И выходит, что она садится за стол уже очень голодная, а я еще вполне сытый. И это называется — жить счастливо, делая взаимные уступки!

* * *

Шатобриан в старости жил отшельником, ни с кем не видясь но, однако, страстно желая, чтоб о нем не забывали и говорили; он был очень тщеславен. Зная его нрав, остроумный Сальванди говорил про него:

— Шатобриану теперь хотелось бы жить в келье, но только чтобы эта келья была на сцене, в театре.