Увидев двух ссорящихся, Гете сказал: — Из двух ссорящихся виновен тот, кто умнее.
* * *
Бомарше был подвергнут герцогом Шонем грубому оскорблению, чуть ли даже не прибит им. Однако он стерпел и не вызвал обидчика на дуэль. Через некоторое время после того его вызвал на дуэль актер Дабдаш.
— Я отказывался драться с людьми почище его, — спокойно сказал Бомарше и отказался от дуэли.
* * *
Бомарше был сын часового мастера и сам долго занимался делом отца. Когда же потом он появился при дворе уже в роли знаменитого писателя, его старались уязвить напоминаниями о его ремесле. Так, однажды, когда он, парадно одетый, проходил по галерее версальского дворца, его остановил кто-то из придворных и сказал:
— Ах, господин Бомарше, как это кстати, что я вас встретил! Взгляните, пожалуйста, что такое сделалось с моими часами.
— С удовольствием, — отвечал Бомарше, — но я, предупреждаю вас, очень неловок, у меня все из рук валится.
Считая эти слова за признак смущения и желание отделаться, придворный стал еще пуще приставать, и Бомарше, наконец, взял его часы, но тотчас же, как бы нечаянно, брякнул их о каменные плиты галереи. Он, конечно, извинился, но напомнил еще раз, что он предупреждал о своей неловкости, и затем спокойно отошел. Шутник оказался чувствительно наказанным за свое желание поиздеваться.
* * *
Одна из комедий Бомарше, «Два друга», жестоко провалилась. В это время ему случилось однажды быть в одной компании, где присутствовала знаменитая артистка из оперы, Софи Арну. Желая, ради утешения, пройтись насчет оперного театра, Бомарше сказал ей:
— У вас отличный зрительный зал, но вы со своим «Зороастром» провалитесь, и ваш театр будет пуст.
— Извините, — спокойно ответила Арну, — ваши «Два друга» отправят к нам всю свою публику.
* * *
Та же Арну, изумляясь удаче, которая иногда поразительно улыбалась Бомарше, говорила про него:
— Поверьте мне, он будет повешен, но веревка оборвется!
* * *
Арну не блистала хорошим голосом. Однажды какой-то врач, слушая ее пение, заметил:
— Это самая блестящая астма, которую мне когда-либо случалось слушать!
* * *
У Софи Арну одно время была связь с графом Лорагэ, но ветреный граф влюбился в другую актрису и откровенно признался в своей неверности Софи Арну. Та приняла факт весьма философски, без всяких сцен, напротив, следила с участием за успехами своего друга. И вот однажды граф поведал ей свое горе: каждый раз, когда он бывает у нового предмета обожания, он встречается там с упорным соперником, с каким-то мальтийским рыцарем. Он не скрыл от Софи, что очень боится этого мальтийца.
— Еще бы, — заметила Арну, — как вам его не бояться, ведь мальтийский орден прямо и учрежден для борьбы с «неверными»…
* * *
Софи Арну, с ее умом и сценической опытностью, хорошо понимала, что такая вещь, как «Женитьба Фигаро», наверное, станет в ряд знаменитых пьес и обойдет театры всего мира. Но другие, менее опытные или завистливые люди усердно твердили, что комедия Бомарше слаба и, наверное, провалится.
— Да, провалится, — сказала на это Софи, — раз сорок подряд.
* * *
Арну однажды пригласила в себе на ужин несколько человек из высшей знати. В то время за сборищами зорко следили, и полицейский префект, узнав об ужине, вызвал актрису к себе и потребовал, чтобы она назвала имена всех приглашенных ею гостей.
— Я забыла, кого звала, — отвечала Арну.
— Ну, полноте, такая женщина, как вы, должна твердо помнить подобные вещи!
— О да, ваше превосходительство, — отвечала Арну, — но перед таким, как вы, я становлюсь уже не такая, как я.