Как-то ко мне приехал коллега из Франции. Он плохо говорил по-немецки, а я не лучше по-французски. Впрочем, о физических проблемах мы с ним беседовали на языке формул и понимали друг друга. Но однажды мы пошли гулять, устали, и я предложил:
— Давайте купим молоко.
— Молоко? А что такое молоко?
— Жидкость. Белая жидкость.
— Жидкость? А что такое белое?
— Вам незнаком белый цвет? Лебедя видели?
— А что такое лебедь?
— Лебедь — это большая птица с изогнутой шеей.
— С изогнутой шеей?
— Так вы не знаете, что такое изогнутая шея?
— Посмотрите на мою руку. Я изогнул ее.
— Ах, вот что такое изогнутая шея. Теперь я понял, что такое молоко…
Собеседница Борна перевела разговор на другую тему.
* * *
Датский литературный критик Георг Брандес получил от короля орден второй степени.
— Ну, и вы отблагодарили короля? — узнав об этом, спросили его знакомые.
— Конечно. Я ему даже сказал, что этот орден— единственное, что у меня есть второй степени.
* * *
Как-то к немецкому писателю и режиссеру Бертольту Брехту пришел молодой человек и сказал:
— У меня в голове полно творческих замыслов, и я могу написать хороший роман. Писать мне мешает только одно — я не знаю, как начать.
Брехт улыбнулся и посоветовал:
— Очень просто. Начните с левого угла на чистом листе бумаги.
* * *
Брехт получил от одного своего знакомого по почте пакет. После вскрытия пакета оказалось, что он заполнен только оберточной бумагой, к которой была приложена коротенькая записка: «Дорогой друг! Я жив и здоров, чего и тебе желаю».
Через некоторое время этот знакомый получил извещение, что ему пришла посылка. Он быстро побежал на почту, где ему выдали тяжелый ящик. Знакомому пришлось взять извозчика, а потом с большим трудом втащить ящик на четвертый этаж.
Когда он наконец открыл ящик, то с изумлением увидел, что в нем лежит большой камень с запиской: «Дорогой друг! Посылаю тебе тот самый камень, который ты снял с моего сердца своим письмом».
* * *
Однажды немецкий физик Густав Кирхгоф рассказывал популярно об открытиях в области спектрального анализа, который помог определить наличие золота на Солнце. Один из присутствующих в компании банкир, внимательно слушавший ученого, с иронией заметил:
— Ну, скажите, какая же мне польза от золота на Солнце, которое я никогда не смогу оттуда достать?
На вопрос своего сомневающегося собеседника Кирхгоф в тот раз ничего не ответил.