– Опять Рысь наверх отправляешь? Не жалко? – насмешливо спросил Лев.
– Да она привычная… Не хотела бы – не ходила. У неё и без меня контрактов достаточно.
– Ещё бы! Все наши товарищи её знают; но вот запросы у девушки…! Сколько на этот раз отдал-то?
– На трёх сговорились.
– Что-то дёшево! – изумлённо покрутил головой Лев. – Три месяца назад она семь взяла с Кости.
– За что? И он отдал?
– За прогулку по Земляному Валу от Курской до Таганской. Отдал, а куда он денется? Помнишь Валентина?
– Леднова? Который с Павелецкой? Помню.
– Ага, тот самый. Ты сколько его не видел?
– Года три – три с половиной уже…
– Правильно. Две недели назад мы его поминали, три года было.
– Как?! – Марк даже привстал со стула. – Что значит «поминали»?!
– То и значит. Ты что, не знаешь? По всему метро этот рассказ ходит. Оттого и Рыси все исправно платят…
– Не знаю ничего! Постой, это не та история с Призраком Лубянки?
– Нет, но всё было не менее… хм… эффектно. Кстати, о Призраке: до сих пор так и не узнали, кто это был. Я не удивлюсь, если и это – дело рук Рыси.
– Да то ладно! – отмахнулся Марк. – Ты про Валентина расскажи!
– Да там и рассказывать-то особо нечего. Валя нашёл Рысь, предложил ей хорошую сделку и приличную – по тому времени – оплату; кажется, что-то около семисот. Она согласилась, свою часть выполнила, а он отказался ей платить. Попытался скрыться – но в метро особо не спрячешься. Они встретились на Соколе, вроде как тихо-мирно всё, сели в кабаке, выпили, поговорили… А наутро Валя просто не проснулся. Отравила она его, какой-то редкой хренью. И деньги все забрала, у него где-то штука с собой была.
– А почему именно она? Может, что другое произошло?
– Хозяин гостиницы сказал. Он с Валентином разговаривал, когда тот пришёл. Валя и рассказал, что Рысь ему угрожала, сказала, что в этой жизни ничего даром не даётся и бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Он посмеялся… А она, видишь, и вправду мышеловку устроила…
– Да ну, брось! Линкс на такое не способна!
– Не дури, Марк! Посмотри на неё – она же на девушку не похожа! Курит, пьёт, иногда такое скажет, что уши вянут, дерётся – сам видел – три на одну… Мужик она, только фигура женская…
– Дурак ты, Лёва. Ты с ней говорил? Общался? Вот и не лепи тогда, чего не знаешь!
– Брось, Марк. У каждого своё мнение и свои вкусы, – пожал плечами тот. – Давай лучше ещё по одной, и не будем о делах…
Глава 13. Смоленская
65.
Мельник с ребятами сидели в палатке на Смоленской. Полковник не спеша перебирал струны гитары, «отобранной» у начальника станции, и изредка принимался напевать военные песни, которые любил и знал в огромном объёме. Его команда молча слушала, и каждый думал о чём-то своём. Мельников тоже погрузился в мысли, которые высвечивали ему картинки прошлого – трава, земля, рыбалка с товарищами, служба, редкие вылазки на отдых, жена и дочь… Та боль утраты, которая тяготила его в первые месяцы, уже куда-то ушла, уступив место печали и воспоминаниям, и полковник больше не мучил себя предположениями «а вот если бы…». Мысли его бежали дальше; он вспомнил первые рейды на поверхность, выезд за МКАД, лабиринты тоннелей и переходов… Потом ему почему-то пришла на ум Рысь. Мельников разозлился, тряхнул головой, и, вспомнив аккорды очередной военной песни, ударил по струнам. Ребята только молча переглянулись. Все заметили неожиданный переход командира от ностальгии к злости, но никто не мог понять причину этого; к слову сказать, такие перемены случались не в первый раз за последние пару дней.
Полковник допел песню, успел взять себя в руки, но мысли о прошлом больше не приходили, поэтому он вспомнил о цели своего визита на Смоленскую. В конце концов, они шли сюда не с гитарой посидеть, хоть за последнее время это удавалось ему всё реже и реже. Они пришли по делу, но понапрасну торчали здесь уже сутки; человек, который просил Мельника о встрече (кстати, через посредников), так и не появился. Мельников успел навести о нём справки, и выяснил, что тот работает на каких-то богачей из Полиса, которые занимаются книготорговлей и имеют большие деньги; сам этот человек, которого посредники называли Марком, нанимает людей, которые ходят за книгами в Ленинскую Библиотеку (в последнее время её всё чаще называли «Великой Библиотекой»), и очень хорошо оплачивает их услуги. «Может, стоит уйти?» – подумал полковник. Впрочем, никаких других «заказов» у группы не было, а «текучка» в Полисе уже порядком поднадоела сталкерам, поэтому Мельник решил ещё немного подождать. «Не явится через 12 часов – уйдём» – окончательно решил полковник и переключился на гитару и песни.
66.
Рысь и Марк молча шли по перегону Киевская – Смоленская. Разговаривать им особо не хотелось, но, чтобы убрать из головы различные навязчивые и ненужные мысли, девушка поинтересовалась у книготорговца:
– Что за группа идёт со мной? Ты их знаешь?