Конец третьего рейха: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А вот перед боем возникли какие-то вопросы. Иногда чисто личного характера. Политработник на месте. Пишутся заявления в партию. Прием в партию надо успеть оформить до начала боя…

Близится утро 1 августа.

Тихо катит свои воды Висла. Стелется над водой, над заливами молочный туман. В суровом молчании, в безветрии застыли величественные сосны. Стрелки часов медленно приближаются к заветной черте. Молчат телефоны, молчит радиосвязь. Сначала все будет тихо…

Впереди батальонов пойдут небольшие группы опытных разведчиков. Самыми первыми должны переправиться разведчики 79-й гвардейской дивизии под командой капитана Василия Графчикова. Влюбленный в свою опасную и трудную профессию, офицер имел за плечами уже немалый опыт. Много раз ходил он с друзьями в ночные поиски, захватывал «языков», добывал ценные сведения о противнике.

Но нынче разведка необычная. Впереди расстилается водная ширь, а вдали сереет тонкая полоска левого берега. Что там, на том берегу реки, какие силы у противника, какую встречу он готовит?

…Рыбачьи лодки ушли в предрассветную мглу. Графчиков — на первой. Рядом с ним его верные и проверенные в боях товарищи. Разведчики достигли берега и перебежками двинулись к вражеским траншеям. Гитлеровцы открыли огонь из пулеметов, но остановить советских воинов не смогли. Графчиков добежал до дзота, одну за другой бросил несколько гранат. Подоспели и другие бойцы. Автоматным огнем и гранатами два пулемета и их прислуга были уничтожены. Разведчики быстро очистили траншею от противника.

— Траншея взята! — радируют разведчики.

На другом участке первыми на западный берег высадились разведчики под командой капитана Ивана Яковлевича Дунаева. Гитлеровцы, засевшие в прибрежных траншеях, отбивались отчаянно.

Но благодаря искусному маневру разведчики без потерь прорвали вражескую оборону. Офицер-коммунист ни на минуту не терял управления боем и своим мужеством воодушевлял гвардейцев.

Вслед за разведчиками, а подчас и вместе с ними переправлялись стрелковые подразделения. Под грохот артиллерийской канонады согни лодок с людьми спешили к западному берегу. Немецкие наблюдатели заметили гвардейцев батальона капитана Е. Г. Цитовского, когда они вброд шли по отмели. Застрочили пулеметы. Столбы воды и ила, поднятые взрывами, выросли на пути наших бойцов. Батальон перебежками приблизился к вражеским позициям. В это время Цитовскчй заметил вражеский пулемет, стрелявший из-за небольшого, поросшего лозняком пригорка. Капитан увлек за собой гвардейцев к пулемету. Несколько бойцов подобрались к пригорку с фланга и уничтожили пулемет. Гвардейцы ворвались в траншеи, выбили из них гитлеровцев и, ни минуты не задерживаясь, двинулись дальше.

Горячий бой завязался за деревню Малый Магнуш. Когда батальон ворвался на ее окраину, гитлеровцы предприняли контратаку. Гвардейцы залегли и приготовились к отпору. Комсомолец Горюнов выдвинулся с пулеметом вперед. Когда гитлеровцы приблизились, Горюнов хлестнул по ним длинной очередью с фланга. Потом поднялся весь батальон и дружным ударом отбросил врага.

В следующую контратаку гитлеровцы применили танки. Но Цитовский своевременно расставил бронебойщиков. Как только вражеские танки подошли к нашим позициям, ударили противотанковые ружья. Метким огнем бронебойщики подожгли два танка. Остальные повернули вспять.

Восемнадцать бойцов и офицеров батальона, отличившихся в этом бою, были награждены орденом Красного Знамени, а гвардии капитан Ефим Григорьевич Цитовский — по представлению командования армии получил звание Героя Советского Союза.

Мне рассказали о комсорге батальона 217-го полка гвардии младшем лейтенанте Анатолии Баяндине. Он переправился через реку одним из первых. На вражеском берегу комсорг повел в атаку группу бойцов. Бой был жарким. Комсомолец-пулеметчик Горюнов уничтожил в этой схватке 16 гитлеровцев. Баяндин немедленно передал по цепи весть о подвиге пулеметчика. Комсорг знал свое место в бою — он был всегда там, где возникало наиболее трудное положение. Когда гитлеровцы перешли в контратаку, он оказался у пулеметчиков. Комсорг своими глазами видел, кто из воинов дерется лучше всех, и призывал молодежь равняться на отважных. Двадцать молодых гвардейцев вступили после этого боя в ряды комсомола. Многие комсомольцы батальона получили правительственные награды.

У Анатолия Баяндина был настоящий талант воспитателя. Терпеливо, душевно он работал с людьми. Быть всегда в гуще событий стало для него жизненной потребностью. Таким он остался и после войны. К тому же у него проявились недюжинные литературные способности. Живо, увлекательно писал Баяндин о пережигом, о своих боевых друзьях. Наиболее крупное его произведение — повесть «Сто дней, сто ночей», вышедшая в Пермском издательстве, рассказывает о героях волжской твердыни. К сожалению, мне не довелось встретиться с автором этой книги: с большой скорбью я узнал, что Баяндин трагически погиб. А книгу его мне прислали друзья покойного.

На Висленском плацдарме гвардейцы снова показали богатырскую храбрость и силу. Сержант Ваган Багиров с красноармейцем Тимофеем Ляшенко трудились на переправе. Друзья уже успели сделать три рейса. Когда они отправились в четвертый раз, один из вражеских самолетов, непрерывно висевших над рекой, обстрелял лодку. Багирова ранило в правою руку. Ляшенко — в спину. Пулеметная очередь прошила борт, вода хлынула в лодку, грозя затопить се. Гвардейцы забыли про свои раны. Заранее приготовленными колышками и паклей они заделали пробоины, и лодка продолжала свой путь. Багиров мог грести только левой рукой, но не выпустил весла, пока очередная группа бойцов не была доставлена на западный берег.

Во второй половине дня противник, оправившись от внезапного удара, перешел в контратаки, бросил против нас авиацию, но к этому времени дивизии первого эшелона были уже на той стороне.

Развернулись жестокие бои за плацдарм.

Воины всех родов оружия показывали высокое мастерство и отвагу. Мне доложили о командире взвода управления одной из батарей лейтенанте Маркове. Вместе с разведчиками-артиллеристами сержантом Глухим и красноармейцами Михайловым, Ковалевым и Лежокиным он переправился на противоположный берег одновременно с пехотой. Под вражеским огнем он четко корректировал стрельбу своих орудий. В результате точного попадания взлетел на воздух немецкий склад с горючим и боеприпасами.

Работник штаба 35-й гвардейской стрелковой дивизии майор Алексей Ераксин с восхищением рассказывал о саперах. Они под огнем вышли к реке. Впереди, как всегда, младший сержант Михаил Беленков. У нас в армии он с начала войны, награжден медалью «За отвагу». На фронте вступил в партию, а теперь вот назначен парторгом роты.

Взводу предстояло построить причалы на обоих берегах и навести мост через Старицу. Враг густо клал мины и снаряды, мешал работе. Беленков подбадривал товарищей и сам брался за самое трудное дело. Он первым вызвался устанавливать сваи. Быстро разделся и нырнул в воду. Вскоре одна свая уже стояла на месте, за ней вторая, третья. Раньше при всем старании сваю забивали за полчаса. Теперь управлялись за двадцать минут. И вот уже началась укладка настила. Бойцы торопились: причалы нужны были для переправы войск.

К вечеру, когда переправа была готова, командир роты подвел итоги, отметил отличившихся. Среди них был парторг и другие коммунисты. А Беленков в это время уже выпускал «Боевой листок», посвященный тем, кто трудился наиболее самоотверженно.

В результате боев 1 августа был захвачен плацдарм до десяти километров по фронту и до пяти километров в глубину.

2 и 3 августа мы продолжали расширять плацдарм, переправлять на него войска и средства усиления. Это было очень трудно, так как с мостами у нас дело не ладилось: вражеские самолеты сразу же разбивали их.

И тем не менее плацдарм существовал, рос. Командирам корпусов было приказано подготовить себе командные пункты на западном берегу Вислы.

Три дивизии резерва армии оставались на восточном берегу.

Донимала нас авиация противника. Вражеские самолеты без конца атаковали наши переправляющиеся войска. Поскольку пехоты на этом участке у противника оказалось немного, он все надежды возлагал на свою авиацию, в то же время подводил резервы к захваченному плацдарму. Фашистские самолеты звеньями и поодиночке на бреющем полете вырывались из-за леса к переправе и сбрасывали кассеты с мелкими бомбами. Десятки лодок и катеров получали повреждения. Но наши бойцы быстро восстанавливали их и снова спускали на воду.

Героически действовали зенитчики. Но разве один зенитный армейский полк, прикрывавший наши войска на фронте в 25 километров, мог справиться со столь трудной задачей. Потом к нам подошла польская зенитная дивизия. Но положение мало изменилось: фронт расширялся, прикрывать его с воздуха становилось все сложнее. Истребительная авиация не могла помочь нам: она в полном составе действовала под Варшавой, где шли наиболее ожесточенные бои. К тому же для самолетов не хватало бензина. На войне никогда не бывает всего в достатке, особенно к концу операции, после того как войска прошли 500–600 километров с ожесточенными и непрерывными боями. Но нам не привыкать к трудностям. Сложнее было решать другие вопросы.

Я уже упоминал, что армию все время нацеливали на север, ожидая оттуда активных действий противника. Поэтому три дивизии армии оставались на восточном берегу, на прежних позициях. В самый разгар боев на плацдарме, 3 августа, армия получила приказ командующего фронтом. Привожу этот приказ полностью:

Получив этот приказ, я оказался в весьма затруднительном положении. С одной стороны, нужно было развивать наступление на западном берегу Вислы и расширять плацдарм, где уже втянуты в бой шесть стрелковых дивизий, с другой требовалось повернуть фронтом на север три дивизии и держать оборону в 30–40 километрах от переправ. Этот приказ обессиливал армию на захваченном плацдарме и обрекал ее на пассивность.