«Штрафники» СС. Зондеркоманда «Дирлевангер»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Около пяти утра 25 мая 1942 года на лесной дороге в 10 км от нас. пункта Цецевичи группа около 30 человек с огнестрельным оружием в составе небольшого конвоя напала на командирскую автомашину зондеркоммандо — «Форд», per. знак СС-202419. Убиты на месте СС-шарфюрер Освальд Эггер, СС-унтершарфюрер Вернер Шмалкоке, СС-штурмман (рядовой) Петер Гартнер и трое военнослужащих частей вермахта, СС-роттенфюрер Вильгельм Войгт тяжело ранен. 29 мая людьми Дирлевангера убиты 5 и захвачен живым 1 партизан у деревни Долгое, в тот же день, по отчётам, убит ещё один партизан и одна деревня сожжена. Снова командир лично принимает участие в перестрелках. 30 и 31 соответственно сожжены дотла ещё две деревни.

В результате боевых потерь зондеркоммандо необходимы пополнения, а розыск по немецким тюрьмам очередных браконьеров, пересмотрение их дел и последующая посылка к фронтовой части весной 1942 года являются бюрократически крайне тяжело осуществимым мероприятием. Хотя благодаря личному письму группенфюрера Готтлоба Бергера Гитлер и Гиммлер соглашаются с посылкой нового контингента осуждённых к Дирлевангеру, кроме браконьеров, в расчёт уже принимаются и другие кандидаты из числа «подходящих» заключённых концлагерей, всё это требует времени… а его в ситуации, когда люди нужны немедленно, у Дирлевангера нет. Так в зондеркоммандо попадают первые иностранные добровольцы — в архивах зарегистрирован приказ от 28 мая 1942 года о переводе в распоряжение Дирлевангера личного состава из числа украинских «Шютзманншафт» или коротко «Шума»[12] в составе 49 рядовых и 11 унтер-офицеров. Также в качестве переводчика для допросов пленных и коммуникации с органами местной власти в часть попадает некто Роберт Искам, судя по архивным документам, этнический немец из Поволжья.

В начале июня зондеркоммандо уничтожает два крупных партизанских отряда в районе г. Орша. 16 июня после успешной атаки партизан 16 немецких полицейских убито — Дирлевангер организует карательную акцию. Через три дня СС находят и полностью уничтожают вражеский лагерь у нас. пункта Стоговщина, за этим снова следует разгром партизанской базы недалеко от г. Новогрудок. К 26 июня зондеркоммандо обнаруживает и окружает укреплённый партизанский лагерь в районе Старый Бихов — Лубянка, к концу месяца снова ведёт частые бои в районе Орши.

Во время боевых операций среди личного состава поддерживалась, часто драконовскими методами с использованием оружия и физического насилия, железная дисциплина, мало отличавшаяся от режима концентрационных лагерей или штрафных армейских подразделений. Физические наказания часто приводил в исполнение сам Дирлевангер. Тем не менее и в этих условиях первые члены личного состава части начали получать приказы о реабилитации, несмотря на совершённые в прошлом преступления. Например, 11 июля 1942 года Дирлевангер лично послал телетайпом заявление с просьбой о полной реабилитации сержанта Вальтера Пфайффера, попавшего в часть из 137-й пехотной дивизии в качестве осуждённого, документ сопровождался наилучшей характеристикой служебных успехов В. Пфайффера во время службы в спецподразделении СС.

В начале июля зондеркоммандо принимало участие в совместной операции вермахта и частей СС в окрестностях г. Кличев. При этом 9 июля во время уничтожения группы партизан у нас. пункта Военичи был ранен в руку сам Дирлевангер. 12-го числа того же месяца он награждён знаком «За ранения» в золоте. Во время последних операций зондеркоммандо потеряло 7 человек — 1 убит, 6 ранены.

Штурмбанфюрер Дирлевангер покидает Белоруссию и 19 июля прибывает в Берлин на реабилитацию после полученного ранения, а также для встречи с Бергером и подачи рапорта о деятельности браконьерского зондеркоммандо. В тот же самый день личный состав части получает очередное задание: где-то в окружающих лесах, находящихся в зоне ответственности людей Дирлевангера, потерпел крушение немецкий самолёт, необходимо установить место падения и найти останки машины и экипажа, а также находившиеся на борту документы. На поиск немедленно отправляются 39 немецких солдат и 40 украинцев под командованием 1 офицера и 4 унтер-офицеров. С самого начала операции их сопровождает неудача — буквально на опушке лесного массива, где, по предположениям, находятся останки самолёта, группа поиска попадает в засаду. При короткой перестрелке трое партизан убиты, но остальным удаётся скрыться. После долгого и безрезультатного прочёсывания бесконечных километров непроходимых лесов усталые поисковики СС в конце концов натыкаются на обломки самолёта и останки четырёх членов экипажа недалеко от деревни Ветренка. При попытке ближайшего осмотра места, происшествия один из солдат пытается приподнять труп мёртвого пилота, и тут же раздаётся сильный взрыв — партизаны были на месте аварии явно раньше и установили под телами погибших немцев смертельную ловушку для тех, кто, как они знали, наверняка придёт на поиски.

В результате двое украинцев[13] убиты, двое тяжело ранены (впоследствии оба также умирают в госпитале), из числа немецкого личного состава ранен СС-унтершарфюрер Хунке. На обратном пути, при проведении контрольных проверок, немцы захватывают и передают службе СД[14] трёх человек, находящихся длительное время в розыске.

Интересно, что, по документам, именно за участие в данной операции Дирлевангер получает следующую награду — Немецкий крест в золоте, хотя во время её проведения находился в Германии, далеко от места событий.

26 июля украинское отделение зондеркоммандо находит и самостоятельно уничтожает партизанский лагерь недалеко от деревни Михалёвка, после окончания боя, как указано в отчёте об операции, казнены девять оставшихся в живых человек, включая двух женщин, одного подростка и одного еврея, шесть домов сожжено.

В течение июля 1942 года зондеркоммандо принимает участие в обширной акции под командованием СС-обергруппенфюрера Эриха фон дем Бах-Зелевски (в то время главнокомандующий силами СС и полиции в Белоруссии),[15] с кодовым названием «Операция Орёл» («Operation Adler», 01.07–12.08.1942), направленной против крупных партизанских соединений командиров Ничипуровича и Кулика, насчитывающих, по самым скромным предположениям немцев, более 2500 человек и действовавших в районах Бобруйска, Осиповичей, Рогачева, Березина, Свислочи, Быхова. В процессе проведения операции СС-зондеркоммандо «Дирлевангер», 2-й полк полевой полиции и части СД находятся в составе Боевой группы «Бухманн», им в помощь также выделены две охранные дивизии вермахта — 203-я и 286-я.[16]

Документальных материалов, касающихся конкретного участия в операции зондеркоммандо «Дирлевангер», не удалось найти, но о силе боёв можно судить, например, по рапортам 286-й дивизии после атак на нас. пункты Усакино и Кучино между 8 и 12 июля 1942 года: 25 человек из личного состава части убиты, 64 раненый, и два пропали без вести, потери противника — 1381 убитый и 428 взято в плен, в качестве трофеев немцами захвачено: 8 гаубиц, 4 полевых орудия, 5 зенитных установок, 9 противотанковых орудий, 13 миномётов, 22 пулемёта, 377 винтовок и автоматов, 12 пистолетов.

По вышеуказанным цифрам легко себе представить, что интенсивность и серьёзность боёв глубоко за фактической линией фронта в Белоруссии к тому моменту далеко перешли рамки общепринятого понятия о движении сопротивления на оккупированных территориях и мерах по борьбе с ним. В немецком тылу действовали целые воинские соединения, оснащённые тяжёлым вооружением и поддерживаемые из-за линии фронта. Их акции часто были отлично и высокопрофессионально организованы и чётко скоординированы с действием советской разведки и частей Красной Армии на передовых линиях, что также не было характерно для понятия чисто народного партизанского движения. Немецкие оккупационные силы столкнулись здесь с мощным и беспощадным противником, бороться с которым было невозможно стандартными полицейскими мерами и силами небольших охранных частей, кроме того, что сопротивление наносило более чем существенный ущерб немецким линиям обеспечения войск, к тыловым операциям стали привлекаться всё более крупные воинские соединения, недостаток которых чувствительно сказывался на фронте.

28 июля 1942 года рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер назначает СС-группенфюрера Курта Кноблауха специальным ответственным по вопросам партизанской войны на оккупированных территориях. В его обязанности входит координация действий Генерального штаба Вооружённых сил и Генерального штаба Сухопутных войск (вермахта) с администрацией СС по вопросам антипартизанских действий и обеспечение, в случае необходимости, содействия частей Ваффен-СС в проведении антипартизанских акций на Восточных территориях. Примерно через две недели в Германии вышло специальное распоряжение, касающееся в том числе и всех органов прессы и информации, об использовании в отношении бойцов сопротивления на Восточных территориях исключительно слова «бандит» вместо слова «партизан». Вслед за этим 18 августа 1942 года выходит специальная директива за подписью самого Адольфа Гитлера, известная как «Директива № 46» — инструкции по усилению интенсивности борьбы с бандитизмом на Восточных территориях. В директиве Гитлер призывал к «немедленным, жестоким и решительнам мерам» по пресечению бандитизма и координации всех видов вооружённых сил и полиции на местах в этом вопросе, а также установил лично рейхсфюрера СС Гиммлера ответственным за проведение данных мер в жизнь.

В начале августа, 1942 года к своей части в Белоруссию возвращается и её командир. В отличие от всех остальных штрафных формирований (или, может быть, в подтверждение того факта, что далеко не весь личный состав направлялся на службу в зондеркоммандо в качестве наказания) в августе в части проходит волна повышений по службе: СС-унтершарфюреры Шнейдт и Швиппе, СС-роттенфюреры Мамич, Зельцер, Вирегге и Зальски, СС-штурмманы Иллинг, Хелкамп, Краус, Вейнерт и Винкельбауэр, рядовые СС Хесенер, Левиц и Шёнграбер по приезде были повышены Дирлевангером каждый на одну ступень в своём воинском звании с поздравлениями и вручением соответствующих документов. Так как командир части не имел права самостоятельного повышения личного состава в офицерских званиях, назначение одного из украинских офицеров части командиром взвода подписывает по рекомендации Дирлевангера 13 августа СС-обергруппенфюрер фон дем Бах-Зелевски.

С 19 по 23 августа зондеркоммандо снова участвует в противопартизанских акциях, но данных об их результатах не сохранилось. В документации всплывает лишь заметка об отправке в Берлин по месту жительства СС-обершарфюрера Хайнца Фрайтага «на отдых и для лечения после полученных ранений» — также крайне нехарактерное явление для типичного «штрафбата».

7 сентября 1942 года бойцами зондеркоммандо в окружённом лесном лагере захвачены живыми 10 и убито 4 партизана, также застрелены 3 женщины, являвшиеся жёнами партизан. В лагере найдено две единицы автоматического оружия, 9 винтовок, около 500 ручных гранат и 1000 мин, несколько комплектов различной немецкой униформы.

9 сентября бой с партизанским отрядом в районе нас. пункта Смолица. С 14-го по 16-е число того же месяца, при поддержке взвода бронеавтомобилей и участии 14-го полка полевой полиции, зондеркоммандо ликвидирует группы сопротивления вдоль берегов реки Друть.

16 сентября в уже и так обширную коллекцию наград Дирлевангера добавляется Орденская планка к Железному кресту 1-й степени, 9 октября медаль «За отвагу для восточных народов» с мечами 2-й степени в серебре, в следующем месяце — 1-я степень той же медали в золоте.

Примерно в это же время успешной деятельностью Дирлевангера и его людей в Белоруссии начинает интересоваться рейхсмаршал авиации Герман Геринг. Он направляет германскому Министерству юстиции письмо с предложением усилить ряды зондеркоммандо людьми из числа осуждённых за контрабанду, нелегальное хранение оружия и тд. Его рекомендация, естественно, не остаётся без внимания.

С 4 октября начинается следующая крупная операция против белорусских партизан под кодовым названием «Регатта», к её началу численность СС-зондеркоммандо «Дирлевангер» уже составляет 352 человека личного состава. Задача этой совместной операции полиции, вермахта и СС: выдвижение с исходной базы в Могилёве, через Сухари, Малое Буш-ково, Становичи и Коровчино и блокировка сектора шириной около 10 километров между нас. пунктами Новое Прибужье и Шатово (или Шамово?), штаб установлен в нас. пункте Ермаки, оттуда Дирлевангер по радио получает распоряжение «не сжигать деревни, в случае если их жители не будут принимать активное участие в боевых действиях». Через переводчика немцы сообщили жителям деревень Мошков, Рекотка и Добрая приблизительно следующее:

В последующем кратком отчёте зондеркоммандо стоит:

4 октября 1942 года — выход из Могилёва в 7.00 утра, занятие исходной позиции к 13.00. Разведка в северном направлении: противник не обнаружен.

5 октября 1942 года — с 5.30 утра в боевом порядке продвижение в северном направлении к обозначенной цели дня, на месте в 11.00, контакта не состоялось. В 16.50 у нас. пункте Абраимовка обнаружен партизанский лагерь, захвачен и сожжён. Убиты 7 партизан, ранены 2, захвачены 1 автомат и 5 винтовок 1 военнослужащий личного состава части легко ранен. В 20.00 убито ещё 2 партизана.

6 октября 1942 года — продолжаем атаковать в указанном направлении, сожжено 6 пустых партизанских лагерей.

[12] Schutzmannschaft («Schuma») — отряды вспомогательной порядковой полиции на оккупированных территориях, сформированные из добровольцев, как правило, местных жителей. Существовали различные отряды «Шютзманншафт» — городская полиция, местная самооборона, противопартизанские части, пожарные части, охрана лагерей военнопленных и концлагерей и тд. Часто подразделения «Шума» чётко разделялись на основе этнического происхождения личного состава — литовские, крымско-татарские, украинские, русские и т. д.

[13] Здесь и далее имена и фамилии личного состава зондеркоммандо восточного сбора не указываются по этическим соображениям, в связи с публикацией на русском языке.

[14] SD (Sicherheitsdienst) — служба безопасности в рамках СС. На оккупированных территориях часто занималась борьбой с подпольем и антипартизанской деятельностью.

[15] Эрих фон дем Бах-3елевски (01.03.1899–08.03.1972), СС-обергруппенфюрер, генерал полиции. Часто пользовался лишь частью своей фамилии — фон дем Бах, желая отстранить намёк на возможную связь со славянским происхождением. Родился в богатой аристократической семье землевладельца из Померании. После гимназии в ноябре 1914 года пошёл добровольцем на фронт. В Первой мировой войне дослужился до командира роты. Награждён Железным крестом 2-го класса, находясь в составе 3-го Западно-Прусского полка, и 1-го класса при службе в Первом Силезском пехотном полку «Кайзер Фридрих Вильгельм II», в то время его полное имя звучало как Эрих Юлиус Эберхард фюн Зелевски. После окончания войны командовал батальоном пограничной охраны. Участник «Фрейкорпс». В 1924 году уволен из армии за ведение нацистской пропаганды. Вступил в НСДАП в 1930 году, партийный № 489 101, с 1931 года член СА В 1932 году руководил созданием личной охраны Адольфа Гитлера. Приблизительно в это время сначала придал к своему имени приставку «дем Бах» (легально, видимо, как название одного из своих поместий), а затем и вовсе начал представляться как «фон дем Бах». 15 февраля 1933 года вступил в СС с № 9831, где сначала возглавил пограничные отряды СС во Франкфурте-на-Одере, с этого началась его стремительная карьера в этой организации. В 1941–1943 годах командующий силами СС и полиции на Восточных территориях. Уполномоченный рейхсфюрера СС по антипартизанским операциям. В 1944 году командовал подавлением варшавского восстания. Во время Второй мировой войны награждён Золотым партийным знаком, орденскими планками к Железным крестам обеих степеней, Немецким крестом в золоте, Рыцарским крестом Железного креста. Женат, 6 детей. По окончании войны арестован, в 1951 году приговорён к 10 годам общественно полезных работ, в 1962 году, после повторного суда, приговорён к пожизненному заключению за участие в массовых убийствах.

[16] Командир 286-й охранной дивизии вермахта бригадный генерал Йохан-Георг Рихерт, позже командовавший 35-й пехотной дивизией, один из самых опытных командиров немецкой армии, награждённый, кроме множества иных орденов и медалей, Рыцарским крестом Железного Креста с Дубовыми листьями, был по окончании войны судим в СССР за военные преступления и повешен в Минске 30 января 1946 года. Та же участь постигла большинство генералов и офицеров высшего командного состава, принимавших участие в антипартизанских акциях и оказавшихся впоследствии в русском плену.