Сверхдальняя родня: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Доходы от собственности. Дома в наём, земельные участки. Вот у моих родителей, например, есть участок в Озёрном краю, это курортная зона. Деньги от арендаторов минус расходы на содержание, вот и прибыль. Не все же тратят её на благотворительные проекты, как папа с мамой. Лучше всего, конечно, банковский капитал или акции крупных компаний. Забот никаких, а доход постоянный.

— Ну, да, ну, да, не хочу быть миллионером, хочу быть акционером, — процитировал я. — Интересно посмотреть, как у вас рабочий класс живёт.

— В этом отношении Набу типичная арийская планета, — отозвалась Падме. — У нас нет этих жутких трущоб и «блоков», как на Корусанте и Тарисе. Квартиры, как твоя на Земле, только без отдельной кухни. Вот тот дом поделён на такие квартиры, видишь, шатровая крыша слева?

— Но, всё же, в городе существуют более зажиточные кварталы и более бедные.

— Увы, с этим ничего не поделаешь, — вздохнула моя сестрица.

Я давно потерял представление, в какой части города мы находимся, и только изредка, по башням королевского дворца или вершине купола университетского комплекса со статуей на нём мог определить направление. Ну, а Падме уверенно двигалась по улицам Тиида, сворачивала в переулки и незаметные проходы между домами, и видно было, что прогулка доставляет ей огромное удовольствие. С мечтательной улыбкой она касалась кончиками пальцев то стены, то плюща, то ветки дерева.

— Мне казалось, я всё позабыла, — призналась она. — Оказывается, нет. Вот эти ягоды мы в детстве ели горстями, — Падме взяла двумя пальцами длинную колючую плеть кустарника, свисающую через забор одного из палисадников. Сорвала тёмно-зелёную, как олива, грушевидную ягоду: — Попробуй. Внутри мелкие косточки.

Ягода оказалась немного терпкой, не очень сочной, по вкусу она напоминала… тёрн. Не дикий, вяжущий настолько, что губы в трубочку, а сортовой, который ближе к садовой сливе. На языке остались гранёные косточки наподобие виноградных.

— Это вкусно, Падме! — сказал я.

— Съесть, что ли? — нерешительно молвила она. И осторожно положила ягоду в рот. — М-м?

— Что?

— Ой, проглотила… — она, видно, сама не обратив на это внимания, выплюнула косточки на ладонь и отбросила на пятно травы вокруг растущего посреди тротуара дерева. — Я вкус чувствую, Алекс! Раньше, когда готовила, пробовала и не чувствовала, а сейчас вдруг…

— Так это же чудесно! Значит, ты теперь умеешь и это. А может быть, ты голодна?

— Нет, есть мне по-прежнему не хочется. О… Алекс… Совсем забыла. Ты-то у меня не завтракал! Надо что-то придумать. Жаль, в этот час всё ещё закрыто.

— Я гляжу, у вас вообще не принято рано вставать, — заметил я.

— Это же Набу, не забывай, здесь сутки на два часа длиннее.

— Ах, да, ты говорила.

— Знаю, что мы сделаем! Пойдём на базар. Гунганы приезжают торговать ни свет, ни заря, купим фруктов и тебя накормим.

Рыночная площадь располагалась совсем рядом с королевским дворцом, чуть в стороне от направления главной улицы. В этот час и покупателей, и торговцев здесь было совсем мало, и за пустыми палатками можно было разглядеть массивные жёлтые лари утилизаторов. Как и говорила Падме, торговали преимущественно гунганы. Представителей этой расы я несколько раз встречал во время наших странствий с Осокой, а более детально имел возможность наблюдать во время ассамблеи на Киросе. Высокие и тонкие, похожие на прямоходящих тритонов с длинными перепончатыми ушами, свисающими по бокам головы, глазами на стебельках и длинным гибким языком, который представители этого вида обожают высовывать на мгновение во время беседы, выражая эмоции. На базик гунганы говорили бегло, но весьма своеобразно. Как объясняла Эрдени Тано, изучавшая лингвистику, каким-то образом это связано со структурой их собственного, давно исчезнувшего языка, ну, и, конечно, фонетикой: не все звуки гунганы способны чётко произнести. Покупатели, напротив, сплошь относились к человеческому виду, однако, одежда большинства из них явно указывала, что это профессионалы, и пришли они закупать продукты для «предприятий общественного питания». Светлые костюмы из простой однотонной ткани не слишком отличались от тех, что используют земные повара. К тому же, почти с каждым была репульсорная тележка или дройд-носильщик. На их фоне редкие розничные покупатели вроде нас с Падме выделялись довольно сильно. Например, вот эта молодая пара и сухопарая пожилая леди с ними.

— Мой отец всегда говорил, — нравоучительно бормотала она, копаясь в гунганском лотке с овощами, — нужно встать пораньше, чтобы купить самое свежее.

— Мама, Вы повторяете это ежеутренне вторую неделю подряд, — почти простонал молодой мужчина.

— От повторения истина ложью не становится. Вот уеду, кто вас тогда чему научит?

— Нельзя было вообще этим заниматься без меня? Мне, между прочим, на работу идти.

— Для этого мы и встали пораньше, чтобы успеть всё до работы.

— А спать когда?? — взмолился зять.

На этом месте разговора супруга дёрнула мужчину за локоть, чтобы прекращал дискуссию.

— Тёща из анекдота, — тихо заметил я.

— Точно, — согласилась Падме. — Хорошо, что бывают исключения из этого правила, вроде моей мамы и Ирис Тано.

— И не говори.

— Пожалуй, возьмём вот это и вот это, тебе должно понравиться.