Генри Гоббс, , покоритель космоса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все остальное, как по волшебству, тоже стало чудесно.

Я иду по рубке к большому экрану на панели управления. В правом верхнем углу мигает крошечный огонек. Подпись под ним гласит: «ЕГ-54». Это мы — там, на этом огоньке, я, возможно, единственное не спящее существо на миллион миль вокруг. Я сижу в капитанском кресле и веду внегалактический космический крейсер к его сверхсекретной цели. А это что за кнопка? Может, нажать ее, и мы полетим обратно? А как насчет вон того «ВКЛ/ВЫКЛ» сбоку? А если выключить его и поглядеть, умеют ли звездолеты дрейфовать? Ничего нажимать я, конечно, не собираюсь, но понарошку это весело.

Когда я встаю с кресла, то задеваю что-то волосами. В обшивке, прямо над тем местом, где была моя голова, торчит игла. Но торчит она там недавно: это дротик, который майор Разумофф прихватил в конторе папы Артура, только теперь дротик остро отточен и кто-то оборвал с него оперение. Будь я чуточку выше, могло получиться неприятно. Ненавижу подобную беспечность.

Перед панелью управления стоит еще одно кресло. Не знаю, чье оно, но если на борту три человека, а кресел только два, что-то мне подсказывает, что майор Разумофф стоять не останется. Поэтому я втыкаю дротик острием кверху в сиденье второго кресла — очень аккуратно, так что для того, чтобы его заметить, надо сильно присматриваться. Пусть это будет майору уроком на будущее — надо соображать, куда втыкаешь свои дротики.

Теперь настроение у меня стало еще лучше, потому что я сделал полезное дело. Ну-ка, что тут еще можно сделать? В рубке царит такой же беспорядок, как и везде: бортжурнал развалился, потому что на него кто-то сел, и повсюду валяется бумага для принтера. Это легко исправить. Я аккуратно вставляю в бортжурнал выпавшие страницы, а потом собираю бумагу для принтера и засовываю ее в задний карман. Завтра можно будет складывать из нее самолетики.

Пепельницы я вытряхиваю в мусорное ведро на камбузе и чиню, раз уж я тут, перегоревший предохранитель в измельчителе — инструментами Роло. Завтра капитану будет приятный сюрприз — по крайней мере, приятнее, чем тот, который ему чуть не устроили. Не знаю, кто копался в проводке, но совершенно очевидно, что в измельчителях для мусора этот кто-то не разбирается. Я имею в виду, что выключатель был уже не столько выключатель, сколько детонатор. Нажмешь — и в следующий миг превратишься в миллиард крошечных мусорных брикетиков в форме спагетти. Кому-то повезло, что я здесь и могу все отремонтировать.

Пора нанести последний визит в ванную. Я чищу зубы и закрываю тюбик. Я вешаю полотенца и выпускаю воду из ванны. С пеной мне ничего не поделать. Надеюсь, к утру она осядет.

К утру? Так ведь уже утро. Счастливая ночь позади, и пора возвращаться в каюту. Правда, я не выяснил, что затевает тот человек с долотом. Ничего, думаю я, закрывая за собой дверь на пассажирскую палубу. Завтра будет новый день. И следующая ночь, и еще, и еще…

Настанут ли они, эти счастливые ночи? И да и нет. Они настанут, но будут уже не такие суперсчастливые.

Никто, и особенно я сам, не заметил, что вместе с бумагой для принтера я случайно засунул в карман несколько страниц из бортжурнала — страниц, содержащих сведения самые что ни на есть шокирующие и животрепещущие. Сейчас я узнаю всю ПРАВДУ о тайной миссии «ЕГ-54».

Итак, наконец-то мы дошли до главного: тайна «ЕГ-54». Пришлось подождать, правда? Мне — даже дольше, чем вам. Вам-то не надо было ради удовольствия мистера Томаса возиться со словарем и абзацами. Зачем я стараюсь — сам не знаю.

Правда, кажется, вы не очень удивитесь. Вы все равно уже знаете, в чем цель экспедиции «ЕГ-54», только, наверное, еще не догадались. Вы видели заголовки в газетах, вы зевали, когда смотрели репортажи о ней в ожидании мультиков, вы, возможно, даже видели меня, если именно в этот миг не отвернулись, чтобы достать из холодильника лимонад. Да, вы все уже знаете — все, кроме некоторых мелочей, которые все меняют.

Начнем с того, что вам неизвестно, каково это — тихо-мирно складывать самолетик и вдруг на обороте бумажки прочитать, что участвуешь в полете, который продлится пятьдесят лет. Задумайтесь. Если вам, как и мне, в этот момент десять лет, значит, когда вы снова увидите дом, вам уже будет пора на пенсию. Пятьдесят лет. Мама превратится в крошечную старушку. Роло станет дедушкой. Артуру надоест играть в «Нашествие землян».

Погодите-погодите, скажете вы себе. Я тут столько торчать не буду. Я безбилетник, а не звездолетчик. Когда меня найдут, то вернутся на Омикрон, и я окажусь дома меньше чем через неделю. Сказать-то вы скажете, только скоро передумаете. Вскоре вы начнете читать и другие записи на бумаге, которую запихнули в задний карман вчера вечером, в той, другой, счастливой жизни, и обнаружите, что во время ультраважной экспедиции звездолет не поворачивает назад ни при каких обстоятельствах. Он летит все вперед и вперед, пока не достигнет цели. Тогда и только тогда он развернется и на всех парах помчится к ближайшему космопорту.

Что подумаете вы, вероятно, цель все-таки будет достигнута. Ведь все идет не так уж плохо. Что же это за цель? — спрашиваете вы себя, а потом находите ответ и жалеете, что нашли его. Потому что цель полета, ни много ни мало, такова: исследовать самые отдаленные пределы известной Вселенной в поисках новых форм разумной жизни. Не просто «жизни», прошу отметить, а «разумной жизни». Такие, как Артур и Гонзо, не годятся.

Сообщение из Центра Управления Полетами объясняет все это в деталях и со множеством длинных слов. Кончается оно так:

Наверху стоит дата — 27 января 2153 года. Да-да, 2153. Эта их ультраважная экспедиция длится уже девять лет, а добрались они только до Омикрона. Не думаю, что они собираются достигать цели в спешке. А вот еще:

Ужасный миг. Я лечу в глубины космоса в составе безнадежной экспедиции вместе с худшим электриком за всю историю человечества. Нельзя сказать, что я оказался в завидном положении.

Пожалуйста, забудьте все, что вы знали до сих пор, — то есть думали, что знаете. Забудьте заголовки и видеосюжеты, а также почасовые сводки, суровые лица, президента Галактики, солдат с лазерными пистолетами и все остальное. Вот вам ПОДЛИННАЯ история, которую вы не услышите ни от кого, кроме меня.

«ЕГ-54» ищет новые формы разумной жизни. Я ищу дорогу домой.

Меня ждет успех. У меня ПОЛУЧИТСЯ.

11. Обошлось

Что нужно человеку, перед которым стоит трудная задача, — это немного тишины и покоя, чтобы ее решить. Вы, наверное, думаете, будто на звездолете, который направляется в глубины космоса, и того и другого достаточно, правда? А вот и нет. Спокойно тут примерно так же, как на уроке математики у мистера Томаса. Вчера было так тихо, что скука одолела. Сегодня мне собственных мыслей не слышно.

Если бы было слышно, наверное, все оказалось бы очень просто. Потому что вообще-то дела мои не так уж плохи, как я думал. Домой можно добраться сотней разных способов. Только вот надо их обдумать.

Например, можно сделать что-нибудь с двигателем — инструментами Роло. Этим людям даже предохранитель не поменять, не то что самим двигатель починить. Придется вернуться на Омикрон. Раз — и я дома.

Только где он, двигатель? Должен же он быть, иначе мы бы не взлетели. Надо его найти, а потом сделать так, чтобы он сломался. Только не совсем сломался, в этом-то и штука. И эта штука оказывается сложнее, чем я думал, особенно когда мне начали мешать. Просто сумасшедший дом какой-то — то одно, то другое.

То есть, во-первых, майор Разумофф донимает капитана, уговаривая его пойти проверить, как работает измельчитель мусора: дескать, он его починил. Ежу понятно, что капитану сейчас не до этого — у него в разгаре шахматная партия с бортовым компьютером, — но в конце концов он говорит, что ладно, сходит поглядеть на измельчитель.

— А вы разве со мной не пойдете, Разумофф? — спрашивает он, как раз когда я пытаюсь решить, что лучше: контакт расшатать или гайку отвинтить. — А зачем вы надели защитный шлем? Неужели вы думаете, что мы вот-вот разобьемся?