(Вольный перевод)
Был мне зов, полный жалости, гнева и боли,
Как набатная медь:
«Трус! Дано тебе пламя, но не дано воли
Запылать и сгореть.
Твое сердце и мысль и душа - словно хлопья
Без ствола и ядра.
Твоя жизнь - не твоя, и работа - холопья,
И весь мир твой - игра.
Уходи, человек, от усадьбы и стада
И пшеничных полос;
Уходи без дороги, и шапки не надо,
Так, оборван и бос.
Бог накормит, как ворона, волка и вора.
Спи на кочке степной.
Голь бездомная лучше замка и забора
И уюта с женой.
И скитайся. Иди! Пусть как топи – проселки,
И шипы - как ножи:
Ты бреди, рассыпая по людям осколки
Огнетворной души.
Бросят камень - прими; не проси лишь о хлебе,
И платить не вели.
Так познаешь ты силу и Господа в небе,
И покой на Земли».
Смолк. И мрак мой расторгся, как громом расколот:
Дивный свет предо мной.
И великий, бездонный, безжалостный холод
На стезе ледяной...
1932