Неделя в декабре: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наконец-то, думал он, я вернулся в настоящую жизнь, к тому, что и вправду имеет значение. Войдя в вагон, он снял галстук и запихал его в карман. В «пабе» Хасан должен был появиться в 12.40, — он попросил у Салима разрешения прийти последним. Времени оставалось мало, однако охваченного душевным подъемом Хасана это не тревожило. Ему предстояло потрудиться во имя Божье, исполнить Его волю.

Он читал в газетах кафиров статьи о группировках исламистов, читал всякого рода претенциозные изыски, посвященные психологии «террористов», смотрел в кино «художественно-документальный фильм» о врезавшихся в Башни самолетах. О чем не говорилось нигде — и чего, похоже, никто не понимал, — так это о радости, о чистом восторге веры!

Людей, подобных ему, изображали безумцами, не способными связать и двух слов, но Хасан, пока он ехал в погромыхивавшем поезде метро к «Мэнор-хаус», ощущал ясность сознания, какой до этой поры не ведал. Все было, как и сказал им в Брэдфорде Али, очень просто. Жизнь не нуждалась в теории струн, одиннадцати измерениях, она вовсе не требовала, чтобы ты ломал голову над врожденной противоречивостью человеческого сознания. Она требовала лишь одного: следуй простой истине, явленной тебе в откровении. А откровение это стояло на полках любого книжного магазина и стоило 6,99 фунта. Стояло всегда. И чему же должно было дивиться в большей мере — восхитительной чистоте истины или тупому нежеланию людей принять предложенный им дар?

Хасан в последний, как он полагал, раз прошел по улице, где на тротуарах так и текла неторопливая жизнь, нажал на кнопку звонка, под которой значилось «Ашаф». Дверь открыл Салим. Наверху Хасана ждали Гэри Золотозубый Индус, Сет Стеснительный и Элтон Лысый.

В центре комнаты лежали на голом деревянном полу четыре рюкзака.

А в углу, спиной ко всем, стоял глядевший в садик за домом мужчина, которого Хасан никогда прежде не видел. Мужчина отвернулся от окна.

— Это Стив из «Хусам Нара», — сказал Салим. — Стив, это Джок.

Стив был невысоким коренастым африканцем лет тридцати.

— В этих мешках, — сказал он, — находятся компоненты нескольких бомб. Прежде всего, перекись водорода, разлитая по бутылочкам из-под питьевой воды. Мы предполагаем использовать эту модель в самолетах, однако для того, чтобы разрушить самолет, достаточно небольшого количества взрывчатки. Нам же нужен взрыв более сильный, поэтому каждый из вас понесет на себе двадцать пять бутылочек. Детонаторы укрыты в одноразовых фотоаппаратах. Начинка их батареек заменена ГМТД, или, если вас интересует точное название, гексаметилентрипроксиддиамином. Он играет роль инициирующего взрывчатого вещества, или «капсюля». ГМТД нестабилен и легко взрывается, но достаточно стабилен для транспортировки. В батарейку вставлена маленькая электрическая лампочка. При включении камеры лампочка дает вспышку, которой хватает для детонации ГМТД, а он, взрываясь, приводит в действие основную взрывчатку. Вам все ясно?

Все кивнули. Говорил Стив с сильным восточно-африканским акцентом, однако понять его было несложно.

— Теперь слушайте внимательно. До объекта вы добираетесь по отдельности. Пробных испытаний не будет. На объекте встречаетесь. Через минуту вы сами выберете место встречи. Один из вас приносит все детонаторы, поскольку рисковать, перевозя детонаторы поездом в одном мешке с взрывчаткой, мы не можем. Они вон в том, четвертом рюкзаке. Как только вы встретитесь на объекте, тот из вас, кто принесет детонаторы, раздаст их трем остальным, а они отдадут ему его долю взрывчатки. Вы уже выбрали того, кто понесет детонаторы?

— Да, — ответил Салим. — Детонаторы доставит Хасан.

— Хорошо, — сказал Стив. — Время встречи — завтра в одиннадцать утра. Добираться до объекта будете по одному. Маршрут разработаете сами. Если один из вас обнаружит другого в своем поезде, сделайте вид, что вы незнакомы. Объект находится в пятнадцати минутах ходьбы от оживленной железнодорожной станции, так что попадете вы на него без труда. Время на дорогу отведите с запасом, но небольшим. Слоняться вокруг объекта опасно. Запас не должен превышать получаса.

Обстановка в комнате становилась все более напряженной. Никакого душевного подъема Хасан уже не испытывал. Что-то, присутствовавшее в необаятельной практичности Стива, внушило Хасану — впервые — острый страх.

Стив достал из внутреннего кармана своей куртки сложенный лист бумаги, развернул его — лист оказался размером с лекционный плакат — и расстелил на столе.

— Это, — сказал он, — больница «Глендейл». Местная железнодорожная станция в пятнадцати минутах ходьбы вот в этом направлении. Масштаб в карте не соблюден, поскольку некоторые из отделений больницы вы должны изучить в деталях. Первые три заряда будут взорваны здесь, здесь и здесь. Вот в этом здании самая большая плотность пациентов. Возможно, первый взрыв окажется настолько сильным, что от него сдетонирует второй заряд, и пользоваться камерой вам не придется. Взрывная волна пойдет вот из этой надворной постройки по длинному коридору, соединяющему ее с главным зданием больницы, в котором будет заложен четвертый, самый сильный заряд. В надворных постройках находится специализированное психиатрическое отделение, а главное здание — больница общего типа, и вот в этом его крыле, где и будет заложен четвертый заряд, первый этаж отведен под отделение «хроников» — неизлечимых по большей части больных, второй — под родильное. Наши эксперты выбрали это место по причине наибольшей его доступности. Психиатрическая клиника охраняется слабо — всего два привратника у главных ворот, вот здесь, и один, регистрирующий посетителей, внутри. Однако мой проживающий в Пакистане эксперт по баллистике сказал мне, что вот этот соединительный коридор, которым пользуются преимущественно для доставки тележек с едой и иных вещей, способен усилить идущую в главное здание взрывную волну. Вникать во все подробности вам ни к чему. Нужно лишь, чтобы в голове каждого из вас имелся ясный план объекта и чтобы каждый точно знал место, в котором он оставит рюкзак. Поэтому подойдите к столу и внимательно изучите карту. Когда вы уясните себе общую планировку больницы, я покажу вам фотографии ее интерьеров.

Четверо мужчин подошли под взглядами Стива и Салима к столу.

Хасан увидел обведенные красным фломастером очертания «Коллингвуда», «Бердсли», «Эркелла»… Он старался оставаться спокойным и деловитым, однако на кончике его языка уже вертелся вопрос. И потому Хасан обрадовался, когда первым открыл рот не он, но йоркширец Сет.

— Значит… Вы говорите, что мы взрываем больницу?

— Да.

— Я… я…

Похоже, Сету никак не удавалось найти нужные ему слова.

Остальные молчали. Возможно, думал Хасан, Салим и Стив, делая вид, что тут и обсуждать-то нечего, рассчитывают придушить любые колебания прямо при их рождении. Оба молча смотрели на Сета.

В конце концов заговорил Стив:

— Этот объект идеален. Он отвечает сразу трем нашим критериям. Мы попадаем во все выпуски новостей. Получаем большое количество жертв. И наконец, хоть это менее важно, число жертв-мусульман оказывается относительно малым. Не знаю, известно ли вам это, но мусульман в здешних больницах лежит совсем немного. Их не постигают болезни, вызываемые пьянством, среди них редки страдающие ожирением диабетики, ну и так далее. А в психиатрическом отделении процент мусульман еще ниже. Конечно, при взрыве в метро жертв было бы гораздо больше, однако сейчас там введены такие жесткие меры безопасности, что организовать взрыв просто невозможно. А что касается шума в прессе, больница даже лучше, чем транспортная система. Лично я не считаю, что нам следует принимать во внимание, будут ли мусульмане среди наших жертв, поскольку каждому погибшему правоверному обеспечено место в раю. Однако кое-кого пугает мысль о взрыве на станции «Эджвэр-роуд», поскольку она расположена в арабском районе и среди пассажиров скорее всего было много мусульман. Вам все ясно?

— Да, — ответил Сет. — Но… Понимаете…

— Нет, не понимаю.

— Да какого хрена? — сказал Гэри, бывший индуист. — Если мы пытаемся построить справедливый мир, разрушая несправедливый, чего нам волноваться о том, что кто-то лишится при этом аппендикса?

— Я знаю, но…

— Если человек потянул связки, это не значит, что он больше не принадлежит к джахилии.