По загадочным местам России: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Судя по всему, слияние северной русской и вепсской культур здесь произошло уже очень давно, задолго до революции, и стремление интеллигенции возродить свою культуру выглядит наивностью. Доходит до смешного: некоторые из таких сельских радетелей за национальное возрождение учатся готовить вепсские национальные блюда по изданным в Питере книгам!

Однако просто «живой старины» на Вепсской возвышенности и вблизи нее сохранилось много, и любой ее любитель разочарован не будет. Это и самодельные деревянные санки, и берестяные короба, резные лавки и сохранившиеся «с давешних времен» сундуки… В одном доме видели, как бабушка чесала шерсть, готовя ее к прядению. Имеется и сугубо местная изюминка — корзины, плетенные из… сосновых лент! Никогда раньше таких не видел и даже не подозревал, что из древесины сосны, не отличающейся, в общем-то, гибкостью, можно плести корзины, а здесь они до сих пор очень популярны, в любом дворе увидишь десяток. Впрочем, природный материал сейчас заметно вытесняется упаковочной пластиковой лентой. Тоже слияние культур…

Есть и еще одна особенность здешних домов, впрочем, не специфически вепсская, встречающаяся и в других северных районах, — это пристроенные к сеням будки, пардон, туалетов, соответственно, и вход в них изнутри, и температура никогда не опускается ниже нуля градусов. Подробность прозаическая, но всякий, кому приходилось зимой бывать в подмосковной (скажем) деревне и сидеть в щелястой будочке известного назначения, традиционно строящейся на значительном удалении от теплого дома, тот поймет и оценит…

Долго ли, коротко ли — подошли к дому Александра Федоровича, того самого, который, по словам соседей, «водяника видел». Впрочем, о наводке говорить мы хозяину не стали, а для начала задали обычный вопрос:

— Не слышали ли что-нибудь о необычных змеях, скажем, с выростом на голове?

Пожилой собеседник ответил, что нет, змей с гребнем он не знает, а потом хитро посмотрел и вдруг сказал:

— Может, вы летающую змею в виду имеете?

После чего уже без наводящих вопросов поведал следующее:

— Плыл я как-то по озеру, и прямо перед лодкой пролетела такая змея, вроде темная, недлинная, такая (развел руки) — сантиметров пятьдесят, пролетела не со свистом, а с таким… жужжанием, что ли. Пролетела она метров двести, с берега до берега, через озеро. Днем это было, прямо посереди дня. В 1956-м или 1957 году, летом, но во второй половине, ближе к осени. Мне еще показалось, что у змеи как пузыри были такие прозрачные у туловища, как бы пленка… Нет, что вы, не утка, точно — она прямо перед лодкой пролетела, рядом. И с жужжанием.

Спрашиваем о водяниках. Дедушка вновь усмехнулся.

— Они есть, однажды я лицом к лицу его видел. Мне было лет семь, мы на другом берегу жили, и мать рано утром послала меня веников поискать. Я пошел на берег реки, тут рядом с домом — там ямка вроде омута. И вот он выскочил оттуда, весь волосатый, на голове волосы длинные, как человек, прошел по мелководью, потом нырнул и исчез. Не знаю, какого пола — я его сзади только видел. Утро было, только солнце встало. Запомнил, что у него черная шерсть и черные волосы.

На двух ногах был, да, как человек, когда шел с омута на омут. Я испугался, бросил веники и убежал в дом…

Второй раз мне о водянике Володька Н. из соседней деревни рассказывал. Но он его не видел, только слышал под водой: вууу-вууу. Потом плеск, волны…

Потом еще рассказывали. Здесь внизу баня, ну вот, пошли туда париться двое мужчин, один — соседа моего тогдашнего Васьки отец. Пошли они потом купаться. Стали обратно возвращаться, там мелко — немой перешел, а второй нет. Искали, искали, ныряли — нет. Потом нашли — он, как говорили, вроде сетью был замотан, и рука на горле, отпечаток, вроде душил его. Но это неизвестно — водяник или кто другой…

Короткий зимний день подходил к концу. Ночевать нас Татьяна Васильевна пригласила к себе, и за ужином мы делились кое-какой собранной информацией, интересуясь мнением хозяйки.

— Я вам ручаюсь — никогда про «летучих змей» не слышала, а ведь родилась здесь, — твердо заявила она. — Так что, думаю, ваши подозрения насчет «запретности» темы вряд ли верны. А насчет водяника и «летучей змеи» — не думаю, что очевидец обманывает. Во всяком случае, вряд ли он узнал о «летучих змеях» из газет — не тот человек.

Утром вдруг ударил мороз — градусов за двадцать. Однако, посовещавшись, мы все же решили возвращаться по другой дороге, а по пути побывать еще в нескольких мелких деревнях, на южной окраине возвышенности. Вышли затемно. По словам местных жителей выходило, что первой, километров через пять, на нашем пути будет Лавровка — но на карте такого названия не было!

Впрочем, на рассвете увидели крыши, подойдя к первому дому, уточнили — да, это и есть загадочная Лавровка, представляющая собой три слившиеся деревни… Здесь уже население русское, но не менее гостеприимное, чем в вепсских селах. Кстати, замечу, бытовым нацизмом в этих краях даже не пахнет, что лишний раз доказывает: провоцирует его обычно не разный цвет кожи, разрез глаз, язык, а разный менталитет…

В первом же доме нас ждала удача: две находившиеся там бабушки хорошо знали «летучих змей с гребешками», слышали о них и даже об их повадках с детства, хотя сами ни разу и не видели. Поохав на «путешественников», поудивлявшись сосулькам на моей бороде и заварив чай, начали вспоминать:

— У меня мама видела этого змея. Он на нее прыгал сзади, а она бежала от него зигзагами. Говорили, так надо убегать. Другая добавила:

— Да, и еще говорили, если змей на тебя налетит, сорви с себя одежу какую-нибудь и кинь ему. Пока он тряпкой занимается, ты дальше убежишь. Если опять налетать будет, другое что из одежды кидай… Говорили, раньше люди голыми в деревню прибегали.

Прошли по домам этой деревни и соседних, и почти все старожилы вспоминали, что да, раньше, до войны видели «летучих (по сути — прыгающих) змей» с гребнеобразным выростом на голове, очень их боялись, считали смертельно опасными. Настойчиво повторяли и «технику безопасности»: в случае нападения такого «гада» бежать вбок и кидать ему тряпку за тряпкой.

Во время экспедиции мы как-то не размышляли над этими рекомендациями, но после серьезно задумались: первый-то совет вполне логичен — понятно, что в воздухе не имеющая подходящих аэродинамических органов змея изменить направление вряд ли сможет (хотя не для стабилизации ли тела в «полете» служит гребень?), но вот срывание одежды, да еще постепенное… Ну ладно еще просто швырнуть в змею тряпкой, но чтобы она и после этого продолжала преследовать человека… Не может такого быть, не ведут себя так пресмыкающиеся, мозга у них не хватит для столь сложного поведения! Да и зачем летучей змее долго преследовать человека? Не проглотит же она его? Просто кинуться на прохожего — это возможно и объяснимо: «автоматическая агрессия». Скажем, не воспринимая человека как целое, взмахи кистей рук та может принять за трепыхание птиц… Некоторые известные змеи становятся агрессивными в брачный период, выгоняя со своей территории все, что движется… Но целенаправленно преследовать?! Байки? Похоже, но как они возникли, не на пустом же месте?

Гипотезу, объясняющую их возникновение, предложил позже Сергей Каминский. Выслушав рассказ об экспедиции, он сказал:

— А не могут ли люди, укушенные змеями, раздеваться по другой причине — от возникающего чувства жара? Ведь есть же такие яды… А в фольклоре, как часто бывает, перепутаны причина и следствие: прибегал, скажем, голый человек в деревню, рассказывал уже в бреду, что «летучая змея» его атаковала, а он тряпки бросал, и умирал потом… В преданиях же все это иначе истолковано.

Только добыв «летучего гада» и изучив его яд (если он имеется), можно будет подтвердить или опровергнуть догадку. Но косвенное доказательство версия имеет, вспомните жуткую милицейскую статистику: не проходит и пары лет, чтобы не нашли в болоте труп с сорванной одеждой. Позднее я навел справки — случаи такие происходят по всему северо-востоку Ленинградской области. И всегда только в теплое время года — до снегопадов, во всяком случае!

Впрочем, одна неувязка есть: таинственные трагедии продолжаются с пугающей регулярностью и в наши дни, а массовые встречи с «летучими змеями» вроде бы прекратились — в ходе экспедиции мы услышали только об одном «свежем» наблюдении, другие относятся максимум к 1960-м годам… Однако не забывайте, вымирают не только животные, вымирают и деревни. Жителей в них остается все меньше, в силу возраста в лес они ходят все реже…

Тем более что «зеленых змей» (а по нашему предположению, как помните, это тот же вид) видят куда чаще. В той же Лавровке нашлись аж два очевидца. Один из них, правда, несколько… ммм… своеобразный: молодой, лет двадцати пяти, парень. Не скрою, с легким запахом алкоголя (впрочем, на селе это обычное дело). С ходу он сказал, что змей: гадюк, медянок, «ольховок» — он убивает каждое лето по десятку, а «один раз в жизни» видел необычную змею — голубую! Было это в 1970-х гг., когда работал на лесной делянке — елки сажал на месте вырубки.

Явно собеседник видел необычную змею, но никаких подробностей у него узнать не удалось! Более того, когда я, надеясь уточнить цвет виденной им «гадины», показал на дверной косяк, окрашенный голубой краской, парень изрек:

— Не такого цвета была змея, а, я же сказал, голубого!