Майада. Дочь Ирака: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я жила с мамой, пока не наступила пора поступать в колледж. Я исполнила желание отца и поехала в Ливан, чтобы учиться в Американском университете в Бейруте. Поэтому меня не было в Багдаде, когда мама впервые встретилась с Саджидой — первой женой Саддама и матерью его пятерых детей.

Затем мы узнали, что Саддам убеждал жену познакомиться с моей матерью, чтобы советоваться с ней по различным вопросам. Поэтому она постоянно получала приглашения на торжества во дворце. Но обычно мама была слишком занята и не ходила туда, — Майада тихо хихикнула. — К счастью, тогда отказ на подобные приглашения еще не мог стать причиной пыток и тюремного заключения. — Майада оглядела комнату. Она вспоминала об успехах своей матери, и ее голос зазвенел от эмоций. — Если бы Сальва аль-Хусри сделала хотя бы один вдох в нашей камере, она бы упала замертво.

Потом мама приехала ко мне в Бейрут. Это случилось после того, как она получила очередное приглашение из дворца. Саджида пригласила ее, чтобы познакомить с супругами послов. Мама сказала, что в этот день она была свободна и потому пришла на праздник.

Мне было очень интересно узнать про жену Саддама, и я попросила маму не упускать ни одной детали. — Майада улыбалась, сама того не замечая. — Вряд ли можно найти двух женщин, столь отличных друг от друга, как моя мать и Саджида Хейраллах Тульфах. Знакомство было обречено с самого начала.

Как вы знаете, Сальва аль-Хусри вела жизнь, необычную для арабской женщины. Она училась в Оксфордском университете в Великобритании, получила степень магистра политологии. Ее бабушка была султаной, то есть принцессой из правящей семьи Османской империи, а отец Сати — одним из самых выдающихся людей арабского мира. Превыше всего он ценил знание и образование. Джидо Сати принадлежало несколько домов в арабских странах, и он постоянно путешествовал вместе с семьей. Мама сидела на коленях отца, болтая с королями и премьер-министрами. Король Гази, сын короля Фейсала I, так любил ее, что держал ее фотографию на своем письменном столе рядом с фотографией сына.

А Саджида, жена Саддама, была дочерью крестьянина Хейраллаха Тульфаха. Она воспитывалась в доме отца на западном берегу Тигра, в бедном районе Тикрити. По сравнению с моей матерью она была абсолютно не образована. Она ничего не знала о мире за пределами Багдада и Тикрита. В юности Саджиду выдали замуж за племянника отца — Саддама Хусейна. Вскоре она родила ему пятерых детей. Когда он пришел к власти, она была совершенно не подготовлена к роли жены президента Ирака.

Майада прикрыла голые лодыжки одеялом.

— Мама призналась мне, что Саджида Тульфах ей не понравилась. Я не очень удивилась, когда она заметила, что неприязнь была взаимной.

Я спросила маму, как выглядела Саджида при их встрече. Я видела несколько ее фотографий, но, по-моему, сложно судить о человеке по официальным снимкам. Мама ответила, что, впервые увидев Саджиду, она подумала, что та похожа на клоуна. Ее лицо было покрыто толстым слоем белой «штукатурки». Мама говорила, что сначала ей показалось, что кто-то осыпал ее мукой. У Саджиды кожа оливкового оттенка, и она могла быть вполне привлекательной, но ей хотелось иметь светлую кожу. Кроме того, она постоянно красила темные волосы, и они истончились и приобрели ярко-желтый оттенок.

Мама сказала, что первые пять минут она жалела Саджиду, но после того как она услышала, как та орет на слуг, ее сочувствие испарилось.

После обеда Саджида заявила, что хочет купить антикварные серебряные украшения, и Саддам якобы пообещал, что Сальва поможет ей выбрать украшения самого высокого качества. Она предложила вместе пройтись по магазинам. Полагая, что Саджида нуждается в совете, мама согласилась ее сопровождать. Но вскоре пожалела об этом. Когда они оказались наедине, Саджида потрогала мамину шубу и спросила, настоящий ли мех. Затем она схватила ее за руку и, показав на изумрудное кольцо, грубо поинтересовалась, не поддельный ли камень. Мама задыхалась, едва сдерживая гнев. Ведь она не из тех, кто носит искусственный мех или бижутерию. Она была зла и обижена, и потому попыталась придумать причину, чтобы отказаться от запланированной прогулки, но понимала, что деваться ей некуда. Они вошли в антикварную лавку. Мама стыдилась компании этой неотесанной бабы. Она не понимала, зачем та позвала ее с собой, ведь эта глупая женщина не спрашивала у нее совета, а бегала по магазину, хватая все, что было выставлено на продажу. Саджида ушла, не заплатив, и мама почувствовала себя униженной. Жена президента заявила обеспокоенному владельцу магазина, что к нему придет кто-нибудь из дворца и отдаст деньги.

Потом мама узнала, что все владельцы магазинов в Багдаде страшились того, что Саджида придет к ним в магазин. Более того, если продавцы слышали, что Саджида направляется к ним, они закрывали двери, запирались на замок и говорили, что у них в семье что-то случилось. Хорошо известно, что, несмотря на свое богатство, в основном украденное у иракских граждан, Саджида никогда не платила. Некоторые владельцы магазинов разорялись после ее визитов. Но кому им было жаловаться? Их бы сразу убили, если бы они намекнули, что жена Саддама — обычная воровка.

Потом, по словам мамы, они вернулись в машину, и Саджида начала громко жаловаться на женщину по имени Сара. Она происходила из аристократической христианской семьи. Сара переехала в Париж, и Саджида каждый раз, приезжая туда, останавливалась у нее. Как-то она попросила Сару оказать «небольшую услугу» ее сестре, которая была замужем за Барзаном аль-Тикрити, единоутробным братом Саддама. Сестра Саджиды собиралась шесть дней пробыть в Париже, и ей была нужна помощь: она хотела, чтобы ей на один дюйм удлинили ресницы и на пять дюймов уменьшили бедра. Кроме того, она собиралась посетить офис фирмы «Де Бирс» и купить несколько безупречных алмазов по сходной цене.

Саджида не поверила Саре, когда та сказала, что никогда не слышала о способе удлинить ресницы. Кроме того, Сара предупредила, что уменьшить бедра на пять дюймов можно только путем хирургической операции, но восстановительный период продолжается куда дольше шести дней. Наконец Сара объяснила Саджиде, что «Де Бирс» поставляет алмазы разным компаниям, а не продает их напрямую частным лицам. Саджида решила, что Сара лжет, потому что не хочет ей помогать. Саджида была уверена, что человек, живущий во Франции, может получить все, что хочет. Для этого нужны только деньги. И она не преминула сообщить моей матери, что у ее сестры все богатства Ирака.

Саджида добавила, что собирается заманить Сару в Ирак, чтобы бросить ее в тюрьму.

Мама была в шоке. Так же как Сати, она верила, что глупые люди опасны. В ответ на жалобы Саджиды мама пробормотала, что плохо разбирается в современной медицине и ее достижениях, и потому не вправе давать советы. Очевидно, ее ответ разозлил Саджиду, потому что та отодвинулась в угол машины и замолчала.

Мама была знакома с Сарой, и потому немедленно позвонила ей и предупредила, чтобы она не ездила в Ирак, — сказала Майада притихшим слушательницам.

— Ох, я и понятия не имела, что Саджида такая плохая, — пробормотала доктор Саба.

— Да, она такая, — объяснила Майада. Ей пришло на ум еще одно воспоминание. — Она настоящая воровка, — убежденно произнесла она. — В 1983 году Саддам приказал каждой иракской семье сдать золото, чтобы поддержать Ирак в войне с Ираном…

Майада увидела, что несколько женщин кивнули. Пожилая женщина тихо пожаловалась:

— У меня не было золотых вещей. Мой муж воевал на фронте, я не могла собрать денег, чтобы купить какое-нибудь украшение, и потому мне пришлось продать плиту. С тех пор я готовила на костре рядом с домом.

Когда Майада услышала ее слова, у нее заболело сердце. Она знала, что эти пожертвования — мошенничество, и что большая часть золота так и не пошла по назначению.

— Я расскажу вам правду об этой акции. Эта история приключилась с близким другом нашей семьи, женой одного министра. Ее зовут доктор Ламья, она замужем за доктором Садуном Хаммади. В 1991 году он недолгое время занимал пост премьер-министра. Но его скоро сняли, потому что он был честным человеком и не мог добиться успеха в коррумпированном правительстве Саддама. Ламья вовсе не жадная женщина. У нее был всего один гарнитур — прекрасные украшения из золота и сапфиров: ожерелье, серьги, браслет и кольцо. Она получила его на свадьбу в подарок от мужа, но он заставил сдать его в пользу государства. Ламья говорила, что плакала целую неделю после того, как ей пришлось расстаться с украшениями.

Прошел год, и ее пригласили на праздник, где также появилась Саджида. Она не поверила своим глазам, когда увидела, что жена президента вошла в зал в ее драгоценностях! Тех самых драгоценностях, которые она сдала, чтобы поддержать молодых иракских солдат, сражавшихся на войне! Теперь они красовались на шее и запястье Саджиды. Она была так изумлена, что не могла сдвинуться с места. Она стояла и вне себя от изумления смотрела на нее. Саджида заметила ее недоуменный взгляд. Она разозлилась и подослала одного из охранников, чтобы тот прикрикнул на Ламью. Он велел ей перестать разглядывать «леди» — как известно, Саджида настаивала, чтобы ее называли именно так.

— Ну и леди! — презрительно фыркнула доктор Саба.

— Ламья поняла, что ее жертва была бессмысленна, и она поспешила домой, чтобы пожаловаться мужу. Доктор Хаммади приказал ей помалкивать. По его словам, жалобы не вернут ей драгоценности, зато они оба легко могут оказаться в тюрьме. Он объяснил, что все знают: у Саджиды такие завидущие глаза, что она не успокоится до тех пор, пока их не засыплет землей.

И это еще не все. Страсть Саджиды к приобретательству была такой ненасытной, что она приказала свезти во дворец все драгоценности, украденные у кувейтцев во время войны в Заливе. Их привезли в грузовиках, битком набитых ювелирными изделиями. Высокородным кувейтским семьям следует искать утраченные драгоценности во дворце Саджиды.

Я никогда не забуду одну забавную историю. Слуги из дворца рассказывали, что из-за кувейтских драгоценностей Саджида поссорилась со вторым сыном, Кусеем. Ему понравился бриллиантовый гарнитур, и он сказал матери, что хочет преподнести его жене, а она прогнала его из дома. Саджида хотела, чтобы все досталось ей.

Майада широко улыбнулась.

— Слуги говорили, что сложно представить более нелепое зрелище, чем Саджида, бегающая по дворцу с горшками, до краев набитыми сокровищами. Алчная женщина прятала драгоценности в разных потайных уголках. Она грозила слугам, что прикажет отрезать им языки, если они осмелятся рассказать о тайниках кому-нибудь из детей.