Но, хотя он сумел лишь слегка оцарапать ее, дух издал полный негодования свист и, дернувшись, ударом хвоста сбил Курта с ног.
Однако за это время Ахзт сумел подняться. Курт тоже с трудом встал. Стоя бок о бок, оба угрожающе размахивали копьями. Пораженный их дерзостью, пятнистый дух остановился, растерянно качая башкой.
— Он слишком сильный, — сказал Курту Ахзт. — Если мы останемся здесь, то оба погибнем. Ты должен идти, туойал. Пусть пятнистый дух удовольствуется мной.
— Я как раз хотел предложить, чтобы ушел ты.
— Это неправильно.
— Очень жаль. Я не оставлю тебя одного.
— Почему ты это делаешь?
— Настоящий человек не предает свою стаю.
— Но я грортайо.
— Не все ли мы грортайо в этой жизни?
Ахзт недоверчиво уставился на Курта:
— Но ведь ты туойал.
— Так говорит Логнен. — Курт пожал плечами. — Я все-таки думаю, что уходить нужно тебе, а не мне.
— Я не могу.
— Тогда, как ты сказал, мы умрем здесь оба.
— Я думал, что и в стае душ я останусь грортайо. Но теперь мы придем туда как дарамаки, ты и я, да?
Это было новое слово, но переводчик молчал: вероятно, Курт потерял его при падении. Что ж, это уже не важно. Скоро никакие переводчики ему не понадобятся. Курт не верил в стаю душ Ахзта, но если охотник находит в этом утешение…
— Конечно, друг Ахзт. Мы будем с тобой дарамаки.
Охотник улыбнулся и вновь повернулся к пятнистому духу.
Но зверь почему-то не спешил нападать. Он явно беспокоился и смотрел куда-то за спину Курту и Ахзту.
Осторожно повернув голову, Элликот увидел, что несколько х’киммов вернулись, подобрали свои копья и, подняв их наперевес, наступали на хищника. Еще трое натянули луки, хотя, похоже, стрелять не решались.
Оправившаяся от страха стая оказалась для пятнистого духа не такой уж легкой добычей. С яростным шипением зверь попятился. Черные пятна на его шкуре стали больше, она потемнела и почти слилась по цвету с песком и грязноватой водой реки, к которой отступал зверь.
И все же ему не хотелось совсем отказываться от добычи. Выбросив с левой стороны живота две дополнительные лапы, пятнистый дух схватил Лангдорфа. Тот даже не дернулся. Крепко обхватив его тело всеми шестью придаточными конечностями, чудовище со своей ношей снова попятилось к воде.
Если бы Лангдорф был еще жив, Курт кинулся бы на монстра в тщетной попытке спасти товарища. Но одно дело — защищать живого, и совсем другое — мертвеца. Такой поступок был бы не только бесполезным, но даже глупым.
У самого берега пятнистый дух встал на дыбы, но вместо того, чтобы броситься вперед, нырнул и тотчас же скрылся в темной воде. Через несколько секунд на ней не осталось даже ряби.
Глядя на реку, Ахзт заметил:
— Духи рассердились на твой народ, дарамак Куртэлликот.
— Почему ты так говоришь?
— Они не в обычное время послали на нашу землю своего брата, пятнистого духа. Но он пришел не затем, чтобы наказать нас. Он пришел наказать ваш звездный народ. Он забрал не одного, а сразу двоих ваших. Чем вы оскорбили духов?
— Насколько мне известно, ничем.