— Если это реморы, — уточнила Джейн.
— Лучше приготовиться к худшему, — заметил Коной. — Джейн, отправь сообщение на Лебедь и копию — на станцию Большого Пса. Передай, что на сей раз у нас не просто налет, и нам действительно нужна помощь.
— А вдруг мы поднимем ложную тревогу? — спросила Джейн.
— Выпутаемся как-нибудь, если останемся живы.
— Я в этом сильно сомневаюсь, директор, — бросил Хопп. — Понимаете ли, в Большом Псе не больше дюжины собственных кораблей и, может, еще пара дюжин транзитных. Транзитники ввязываться не захотят, а если кого и удастся уговорить, система оставит их себе. Значит, какую бы помощь они ни послали, ее все равно не хватит.
— Может, начать эвакуацию? — спросила Джейн.
Впрочем, она и сама понимала: чтобы вывезти со станции сразу всех, кораблей не хватит. Да и куда вывозить? В пределах одного прыжка — только Медведица, но, поскольку маршрут еще не опробован, попытка воспользоваться им вполне может обернуться самоубийством. Созвездие Большого Пса? Даже если бы все имеющиеся корабли могли самостоятельно совершить прыжок, они сумели бы забрать только треть персонала, а за остальными вернуться уже не успели бы. На Чуген IV? Конечно, уничтожить планету труднее, чем станцию; там люди имели шанс выжить до прибытия флота Объединения. Коной сделал приблизительные подсчеты. Все равно всех эвакуировать невозможно. Тем не менее Чуген IV — единственный приемлемый выход. Коной принялся отдавать необходимые распоряжения.
Только через тридцать восемь часов удалось разгрузить первый корабль. К этому времени пришла плохая весть: объект увеличил скорость. Теперь отрицать, что это корабль, стало уже невозможно. Коной приказал послать через точку прыжка в Лебедь еще одну просьбу о помощи, хотя и понимал, что флот Объединения все равно не успеет вовремя.
— Скажите, что мы подтверждаем появление реморов.
Джейн, которая, вопреки уговорам Коноя, два дня не отлучалась от пульта, сообщила:
— Всплеск радиации в точке прыжка. К нам кто-то пожаловал, — и тут же взволнованно воскликнула: — Кен, это целая эскадра!
Он ухмыльнулся.
— А мистер Хопп не верил.
Однако радость его исчезла, когда стали поступать данные опознавания. Все корабли принадлежали Межзвездной Лиге Защиты.
Поскольку они были недалеко от станции, задержка сигнала была минимальной. Потом установилась и видеосвязь. Коной весь подобрался, узнав лицо Кристофа Стоуна. Хладнокровный Убийца собственной персоной.
— Говорит командующий сектором Стоун, командир альфа-эскадрильи, Флот тридцать-два МЛЗ. Мы транзитом проходили Большого Пса, когда поймали торпеду с вашим донесением. Прошу немедленно передать всю информацию о расположении противника.
Какого черта он тут раскомандовался?
Конечно, за спиной у него целый флот, сотни ракет и десятки лазерных орудий, наведенных на почти беззащитную станцию. Но Коной не любил, когда его запугивают. На спортивной площадке он умел за себя постоять, но система Чуген — не спортивная площадка.
— Этот сектор Лиге не принадлежит, — выдавил Коной, пытаясь отстаивать власть, которой наделило его Правление.
— Тем не менее мы здесь, — спокойно ответил Стоун. — И готовы сразиться с врагом.
— У вас здесь нет полномочий, — настаивал Коной.
— Мы уполномочены воевать с противником, где бы он ни появился. Разве вы не звали на помощь?
— Я звал не вас.
— Может быть. Но пока ваши собственные корабли спешат к Чугену IV, станция открыта перед врагом. Похоже, вы беззащитны.
Это угроза? Неужели одних реморов мало?
— Я жду подкрепление из Большого Пса, — сообщил Коной, стараясь облечь надежду в форму уверенности.
— Подкрепление? — Голос Стоуна не выдавал никаких чувств — ни удивления, ни недоверия, ни даже насмешки над столь откровенным блефом. — Когда мы совершали прыжок, никаких кораблей не заметили. Ваши ожидания напрасны.
— Эта система находится под защитой Объединения Пан-Стеллар.
Стоун слегка нахмурился.
— Я удивляюсь вам, господин директор. Объединение славится своей гуманностью, а вас, похоже, больше беспокоят какие-то юридические мелочи, чем приближающийся враг. Вас и всех ваших людей просто уничтожат. Неужели вы не примете мое предложение?