— Майор просит, чтобы мы передали ему координаты и напряженность поля для второй точки прыжка. Он заявляет, что ему это необходимо, чтобы организовать оборону.
— Тут он, безусловно, прав, — кивнул Хопп.
Коной отнесся к словам капитана с полнейшим безразличием.
— Как он пронюхал о второй точке? Ведь мы сами только вчера окончательно определили ее местоположение.
Джейн пожала плечами.
— День, когда исчезнет понятие утечки информации, станет началом новой эры в истории человечества. Так отправить ему данные?
— Ну уж дудки. Здесь распоряжаюсь я, а я не собираюсь ни с кем делиться такой информацией, особенно когда она еще не зарегистрирована в Исследовательском Управлении. Эрш хочет знать координаты? Пусть поработает сам!
После такого начала трудового дня Коноя уже не смог смутить ни один из прочих утренних рапортов.
Вечером того же дня, когда Эрш сообщил Джулиане, что Курт жив, к ней явился нежданный гость: Раф. Правда, дверь была уже заперта, но им удалось поговорить через одно из защищенных силовыми экранами окон. Они разговаривали шепотом, чтобы не побеспокоить ни с’киммов, чья хижина была совсем рядом, ни часовых.
— Тебе нельзя сюда приходить, — напомнила Джулиана Рафу.
— Да, в самом деле, — беззаботно согласился он.
В отличие от нее Раф подписал требуемое обязательство. Но, хотя он и получил разрешение приходить в лагерь, навещать Джулиану ему было запрещено.
Когда она заметила, что он рискует ухудшить свое положение, нарушая запрет, Раф ответил:
— Да, я подписал обязательство. Почему бы и нет? В суде оно ровно ничего не стоит. Подписано под принуждением и все такое. В любом случае теперь это не важно.
— А что изменилось?
— Весь Чугенский Проект — сплошной обман, мошенничество. — Раф огляделся по сторонам. — Ты же знаешь, я вечно сую свой нос куда не надо, и ты частенько говорила, что в один прекрасный день я узнаю нечто такое, что мне придется пожалеть о собственном любопытстве. Пришел сообщить тебе, что ты оказалась права.
— Значит, Эрш врет насчет научных исследований?
— О, они действительно что-то исследуют, но это попутно. У вояк есть план, и основное действующее лицо в нем — твой беспокойный дружок Элликот. Все завязано на нем.
— Что ты имеешь в виду?
Раф еще больше понизил голос:
— Наш шаттл должен был попасть в аварию. То есть на самом деле пилот должен был ее разыграть. Этот их идиотский план придуман исключительно для того, чтобы заманить сюда Элликота и сдать его туземцам. Вот только что-то у них не заладилось, и шаттл действительно попал в аварию. Некоторые из тех, кто не должен был погибнуть, погибли, а те, кто был должен, — остались в живых.
Джулиана широко раскрытыми глазами смотрела на Рафа.
— Мы были среди намеченных жертв, Джули.
Пораженная, она наконец выдавила:
— От-ткуда ты это знаешь?
— Я подпоил Шанхольца. Он оказался неплохим парнем — для солдафона.
— Разве он не участвовал в заговоре?
— Лично против нас Шанхольц ничего не имеет, для него мы просто гражданские. Но его начальству не хотелось, чтобы какие-то чужаки мешали туземцам принять к себе Элликота. И поэтому нас надо было устранить.
— Значит, твой мистер Шанхольц действительно неплохой парень — для бессердечного зверя. Этот мер…
— Послушай, не он все это придумал, ясно? Он просто мелкая сошка. Важно, что он мне сказал. Когда Шанхольц проболтался о том, что экипаж шаттла должен был остаться в живых, я начал соображать. Сначала я подумал, что это обычное нытье насчет погибших товарищей, но потом догадался. Он намекал на то, что крушение не должно было случиться и его товарищи должны были остаться в живых. Он не смог или не захотел сказать больше, но и этого хватило, чтобы у меня возникли подозрения. Я начал копаться. Помнишь, мы нашли цилиндр с транквилизатором? С его помощью вояки собирались отключить пассажиров и устроить все, как им было нужно.