Гипнотический роман: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Копыта роют землю… Клеворак успокаивает свой народ. Солнце погружается в воду.

Через несколько мгновений настанет ночь. Стоит ли рисковать, пускаясь преследовать людей через погруженные во мрак леса? Лучше дождаться зари. Сражение должно происходить среди белого дня, потому что благодаря своей численности и опасному оружию, «убийцы» могут напасть на них первыми.

При этих словах громкий смех потрясает груди. Мысль о сражении возбуждает повелителей. Остаток дня они употребляют на военные приготовления. Они собирают дубинки и из ветвей готовят палицы.

Невзирая на общее нетерпение, Харк и Кольпитру садятся около вождя. Престарелый возраст и рана на ноге не позволяют Клевораку вести свой народ. Он учит обоих великанов военной команде и правилам тактики. Следуя старинному обычаю, все племя пойдет позади них. Около Клеворака останутся только те, кого удерживает преклонный возраст: Генем, Миорак и дрожащая Бабидам.

Харк предложил также оставить с ними Кадильду. Она одна умеет ухаживать за раной отца. Если же какая-нибудь внезапная мысль родится в его осторожном мозгу, то Кадильда передаст ее сражающимся.

Мрак уже спустился на западный берег. Только неясная светлая полоска еще виднеется там, где потонуло солнце. Тогда голос Клеворака раздается над тремя племенами. Он поет торжественный гимн…

Через некоторое время вождь замолкает.

Животные — цари ложатся и скоро слышится их ровное дыхание.

Только одной Кадильде долго не спится. Ее сердце трепещет при мысли, что нежные ноги людей ступают по этой земле, такое сильное волнение охватывает ее, что она стискивает руками горло, чтобы не кричать. Воспоминания о прошедшем осаждают ее ум. Мысль о завтрашнем сражении наполняет ее душу ужасом. Она жалеет, что не увидит братьев того бледного человека, который коснулся ее бедер. Она радуется тому, что не увидит, как их хрупкие тела погибнут под яростными ударами центавров. Затем ее мысли путаются и она засыпает.

Лес пробуждается. В гнездах пищат птицы. Четвероногие встряхиваются и шумят в чаще. Новорожденные лучи солнца освещают листву, на которой сверкают капли росы. Центавры топчутся на траве, охваченные утренней свежестью.

Фавн Пиулекс ходит впереди них. Он поведет их к терновым, кустам, где вчера был ранен Футх. Оттуда легко напасть на след «убийц». Фавн идет медленно. Центавры в нетерпении. Ничто не указывает на присутствие нечистых. Чтобы расслабиться, все шумно смеются над Пиулексом. Нет сомнения, что ему и Футху все это приснилось; блестящий силуэт берега они приняли за «убийц».

Вероятно, береза пронзила руку Футха одной из своих веток?

Но вдруг все умолкают. Пиулекс указывает пальцем на колючий кустарник. Вся земля кругом покрыта точно такими же стрелами, как та, которую вытащили из руки Футха. Центавры подбирают их, поворачивают между пальцами, но затем, отбросив их далеко от себя, они внимательно обшаривают окрестности.

Земля здесь только потоптана, трава помята, валяющиеся ветки указывают на то, что целая орда недавно проходила по этому месту. Вот еще одна примета, выдающая их присутствие: птички спрятались в листве и перестали петь. Четвероногие исчезли: тот, кто мог убежал. Хайдар наклоняется и вытаскивает из кустов пронзенное стрелой тело Люлля. Всю ночь кролик бился в агонии. Целое море крови обагрило землю около него. При виде страданий меньшего брата ярость наполняет сердца. Берегись, жестокая раса!

Согнувшись над землей, центавры молча рассматривают след. Пиулекс им больше не нужен. Тлетворный запах нечистых наполняет их ноздри. Увидав фавнов, «убийцы» скрылись: может быть, они предчувствовали ожидающее их наказание. Одна только мысль волнует умы: а что, если искатели приключений пустились уже в открытое море?

Идущий во главе Харк приказывает остановиться и молчать. Все останавливаются, прислушиваясь. Издали слышно чье-то приближение. Орда пробирается сквозь чащу. Треп испускает торжественный возглас. Он нашел дорогу, по которой проходили беглецы. Не осталось никакого сомнения. Все шумно следуют за ним, не стараясь захватить врасплох неприятеля.

Чаща делается реже и понижается. Дубов, покрывающих землю, гораздо меньше. Скоро центавры достигнут пустыни, которая предшествует морскому берегу Они минуют еще одну чащу из малорослых ив.

Харк первый появляется из — за кустов и испускает крик… Позади него его братья тоже останавливаются в глубоком изумлении. Перед ними на далеком расстоянии, на лужайке, усеянной пробковыми деревьями, неподвижно расположилась огромная толпа. Вид ее поражает центавров ужасом Их тело сходное с телом центавров, держится на такиж же, как и у них, четырех ногах. Одна из двух голов напоминает голову лани, другая же походит на голову животных — царей. Тонкие руки потрясают в воздухе остроконечными палками и легкими палицами.

Между этими четвероногими двигаются бледные силуэты «убийц». Одни из них сжимают в своих руках непонятные предметы, сделанные из дерева, другие же держат какие-то ветки из неизвестного блестящего вещества. Некоторые встали на колени; вытянув одну руку вперед, они сгибают ветку, другую же руку они тянут назад. Хайдар первый рассеял удивление своего народа, сказав:

— Вспомните, что сказал Оиоторо: «убийцы» сделали Кахара своим рабом.

Хайдар прав. Центавры узнают удлиненную голову и гриву лошади. Возгласы гнева вылетают из грудей. Их гордость уязвлена унижением Кахара, формы которого похожи на нижнюю часть их туловища. «Убийцы» — палачи всего живущего. Центавры носят в себе души всех животных вместе.

С громким криком Харк бросается вперед, размахивая своей дубиной. Ревущий ураган несется позади него. Пространство исчезает под их ногами.

В противоположность им убийцы остаются все так же неподвижны. Те, которые стоят на коленях, вперили свой взор в нападающих. Другие же, усевшись на лошадей, внимательно следят за движениями одного из них; он вероятно, их вождь, потому что всех превосходит ростом. Над его ртом виднеется целый куст белой шерсти, который разделяет его лицо на две половины. Он сидит на черной лошади, которая опутана какими-то блестящими путами.

На него-то и обрушится палица Харка: он заранее радуется, чувствуя уже, как топчет его своими ногами.

Центравры приближаются еще несколько шагов, и безжалостные будут наказаны. Белый вождь помахивает своей палкой и испускает крик: не просит ли он уже пощады?

Рука стоящих на коленях выпрямляется с таким усилием, что кровь приливает к их лицам, но затем обе руки вдруг опускаются: в воздухе слышится свист и шум атласных крыльев. Центавры подымают головы. С ужасным хрипением Харк вытягивается во весь рост охватывая обеими руками свое пронзенное стрелой горло, одну минуту шатается и падает, ревет, роет землю всеми шестью членами и изрыгает черную кровь…

Дюжина его братьев тоже валится на землю, испуская болезненные крики. Некоторые из них вытаскивают оружие и, с яростью кусая свои раны, поднимаются снова; спотыкаясь о тела, животные — цари колеблются и топчутся на месте.

Проклятые с поспешностью снова натягивают свои луки и выбрасывают целую стаю мрачных птиц. Опять четыре или пять центавров падают на землю, корчась в страшных конвульсиях. Остальные не станут ждать третьей атаки. Великан Кольпитру с ободранным плечом несется вперед. Перескакивая через трупы, все остальные с поднятыми палицами присоединяются к нему. Охваченные страхом лучники бегут; лошади пугаются, храпят и тоже бегут, невзирая на все усилия ездоков. С ужасающим треском вся орда с шестью членами обрушивается на смешавшуюся толпу «убийц». Лошади и люди — все отступает перед их натиском. То падая, то подымаясь, палицы разбивают их черепа и обращают их члены в порошок. Копыта давят хрупкие тела. Испуганные лошади кое — как отбиваются, увеличивая беспорядок. Но голые и хрупкие люди бросаются на землю и бесстрашно устремляются на атакующих.

Острые дротики и бронзовые мечи погружаются в груди центавров и останавливают удары их сильных рук. Кровь струится. Не чувствуя боли, центавры поражают, мнут и убивают, пока глубокая рана не заставляет их опуститься на скользкую землю. Прежде чем умереть каждый из них поразил бесчисленное количество жертв. Напрасно вождь с белыми усами подстрекает мужество своих братьев, уговаривая их возвратиться на поле сражения. Тогда он сам бросается вперед и пронзает своим мечом Каплама, который уже занес над ним свою палицу.

«Убийцы» ослабевают, отступают, прячась за кустарником и за пробковыми деревьями. С победоносными криками центавры преследуют их… Даже белый вождь колеблется и озирается назад. Коричневая Сарка бросается на него, размахивая своей дубиной. Она отомстит за Каплама, того Каплама, который сделал ее матерью… Но вот центавриха с глухим стоном падает на колени. Вооружась маленькими острыми мечами, десять человек, из самых ловких, бросаются на повелителей сзади, рассекают им поджилки и распарывают животы.