— Но ведь ты знаешь, — вскричал Дювошель, — что это убежище недоступно!
— Может быть, господин! Но я уже раз был там, почему же мне не войти в другой раз? Впрочем, теперь дело не в этом…
— Ты положительно с ума сошел! — заметил Дювошель, пожав плечами.
— Позвольте ему объясниться, брат! — прибавил Колет.
— Хорошо, продолжай, Марселен, мы слушаем.
— Мы должны были прежде всего спасти Мари, — отвечал юноша, — а кто теперь поручится, что раздраженные пленом своего вождя Вуду не принесут в жертву своему мщению нашу маленькую Марию, которая оставалась бы жива, по крайней мере в продолжение некоторого времени, если бы Флореаль оставался на свободе?! У меня есть еще и другие соображения, но довольно и этого!
— Правда, — вскричал Дювошель, с отчаянием ударяя себя по лбу, — мальчик прав! Боже мой, я и забыл о своей дочери!
— Что же делать? — в смущении пробормотал Антраг.
— Черт возьми, — вскричал Дювошель, — освободим же сейчас этого негодяя!
— Постойте, — с живостью проговорил Марселен, — поспешность испортит все дело. Но делайте этого!
— Как! Ты уже отказываешься от своего мнения?!
— Вовсе нет, господин, но вы ведь знаете, как хитер Флореаль: если мы дадим ему теперь свободу, это покажется ему подозрительным!
— Мальчик по обыкновению прав! — заметил Дювошель.
— Впрочем, — вставил Антраг, — к несчастью, мы уже не можем дать свободу этому негодяю, так как мы тогда сделались бы его соучастниками.
— Я думаю, господа, — проговорил француз, — что есть простое средство последовать совету, который я только что имел честь предложить вам, и отвезти, или сделать вид, что отвозим под крепким караулом, пленника в Порт — о — Пренс. Таким образом, вы исполните свой долг и избежите всех упреков!
— Я совершенно разделяю это мнение! — заметил плантатор.
— А ты что думаешь, Марселен? — спросил Дювошель, бывший теперь самого высокого мнения о способностях своего слуги.
— Попросите господина француза остаться на плантации, чтобы охранять госпожу Анжелу, а сами, господин, проводите Флореаля — Аполлона в Порт — о — Пренс; может быть, вам нужно будет там видеть господина президента.
— Хорошо, а ты что будешь делать в это время?
— А я также пойду в Порт — о — Пренс, но только отдельно от вас, так как Флореаль считает меня мертвым, а нам бесполезно разубеждать его в этом.
— Ну что же, господа? — спросил плантатор.
— Едем! — отвечали все, вставая с мест.
— А вам, сударь, — обратился Колет к своему гостю, — я поручаю сестру и дом.
— Будьте спокойны, — отвечал француз, крепко пожимая ему руку, — я буду охранять барышню, как свою родную сестру!
Обнадеженные с этой стороны, трое плантаторов покинули комнату и через несколько минут уже скакали к Порт — о — Пренсу в сопровождении конвоя и своего пленника, по — прежнему привязанного к седлу.
Марселен ушел вперед тем легким гимнастическим шагом, которым только ходят краснокожие и негры, и который может поспорить с рысью любой лошади.
На плантации пробило в это время два часа ночи.
Глава XXII
Перед атакой
Прошло несколько дней со времени событий, описанных в предыдущей главе.
Мы попросим теперь читателя последовать за нами в одну из самых пустынных местностей Артибонитского леса, вглубь одного оврага, где собралось до тридцати вооруженных людей.