— Я сначала старался открыть причину своего падения, — проговорил тот, — потом обратил внимание на лежавшее тело. Оказалось, что это был мой господин. Голова его лежала на камне. К счастью, он упал так, что шляпа значительно ослабила удар; но все — таки последний был так силен, что лишил его сознания. Господин Колет держал в руках свои разряженные пистолеты, и лужа крови, которую я нашел в нескольких шагах в кустарнике, доказала, что пули его не пропали даром и что один из убийц был тяжело ранен.
— Один из убийц! Стало быть, вы предполагаете, что их было несколько?
— Уверен в этом! — и, приложив палец ко рту, он прибавил, понизив голос:
— Будем благоразумны, кто знает, не подслушивает ли кто-нибудь нас?!
— Понимаю, — проговорил де Бираг, пожимая ему руку. — Вам известно что-нибудь?
— Нет, но я многое подозреваю!
— Преданы ли вы своему господину?
— На жизнь и на смерть!
— Могу ли я рассчитывать на вас?
— Вполне!
После этого де Бираг покинул секретаря и подошел к французу, занятому обязанностями хирурга около двух дам.
— Скажите, пожалуйста, — проговорил он, — можно ли возвратить моего друга к жизни?
— Я думаю! Стоит только разжать ему зубы, влить какого-нибудь вина, растирать его — и он очнется.
— Хорошо, это будет сейчас исполнено! — и, повернувшись к секретарю, де Бираг прибавил.
— Дорогой Дорнес, прикажите немедленно оседлать двух хороших лошадей.
— Слушаю — с, господин! — отвечал молодой человек и немедленно вышел, чтобы отдать приказание.
— А вас, дорогой друг, — обратился де Бираг к французу, — я попросил бы позволить мне принять управление над этим опустевшим домом.
— Сделайте одолжение, — отвечал тот, улыбаясь, — я первый буду повиноваться вам!
— Благодарю, впрочем, я другого и не ожидал от вас! Теперь я попрошу вас об одной услуге.
— Говорите!
— Вы сядете на лошадь и немедленно поедете в Порто — Пренс; нужно предупредить полицию об этих событиях. А на обратном пути вы привезете с собой врача. Хорошо?
— Идет!
— Да не забудьте захватить с собой оружие!
— Не беспокойтесь; я — травленый волк и не дам застрелить себя, как зайца! Я прекрасно понимаю, что мы находимся в дикой стране, что бы там ни говорили о культуре негров европейские негрофилы.
— Прекрасно! Так поезжайте с Богом!
— Лошади готовы! — проговорил, входя, секретарь.
— Доброго пути!
— Счастливо оставаться!
Мужчины пожали друг другу руки и француз вышел.
Г — н де Бираг вынул листок бумаги из портфеля и, написав несколько строк карандашом, сказал, подавая записку Дорнесу.