Пришлось пойти, тем более что в кабинете участковых телевизора не было.
До 13.10 просидели молча. Наконец на экране появилась заставка «Криминальной хроники дня» и серьезная девица с каштановой косой, сделав неизменную последнюю пометку в какой-то бумажке, сообщила:
«Сегодня у мафии день отпущения грехов. Грехи, накопленные за отчетный период со дня сотворения мафии, оценены самими мафиози в три миллиона долларов, и еще в два миллиона оценена индульгенция на грехи грядущие. Молитесь не имущие денег, а имущие покупайте индульгенции. С подробностями наш корреспондент…»
И появился корреспондент:
«Сегодня в светской приемной Московской патриархии появилась неожиданная гостья. Девушка, не пожелавшая назвать своего имени, передала на восстановление храмов Московской епархии пять миллионов долларов наличной валютой. Проверка подтвердила, что купюры подлинные. На восстановление каких именно храмов должны быть потрачены деньги, дарительница затруднилась ответить. И вообще, она исчезла так же неожиданно, как и появилась!»
В кадре мелькнула блондинка в белом плаще, которая тщательно закрывала лицо, отворачиваясь от камер. Она поспешно уселась в «мерседес», который тут же отчалил.
Даже не видя лица, Бедняков с Шаповаловым опознали в ней Брусникину. Когда она только успела?
— Ну где ты таких находишь?! — Стас в сердцах трахнул кулаком по столу.
Ему ответил с экрана дебелый бородач в рясе, пристально смотревший прямо в камеру:
«Господь наш Иисус Христос и Бог, и Отец наш, возлюбивший нас и давший утешение вечное и надежду благую во благодати, да утешит ваши сердца и да утвердит вас во всяком благом слове и деле благом. Не оскудела еще российская земля…»
И дальше снова корреспондент:
«Кому принадлежат эти деньги, не вызывает сомнения. Времена, когда бандиты отливали колокола для подмосковных часовен и дарили церквям похищенные иконы, безнадежно канули в Лету, сегодня они строят храмы, а что завтра? Английская королева Елизавета I раздавала пиратам дворянские звания. Станет ли Священный синод канонизировать авторитетов? Вот в чем вопрос…»
Мафиози, однако, не стесняются своих грязных денег, подумал Бедняков. Не назвав конкретного имени или организации, они тем не менее не преминули оповестить все ведущие московские телерадиокомпании о времени и месте этой благотворительной акции.
И опять заговорила серьезная ведущая:
«Помогите найти человека. 19 мая ушел из дома и не вернулся Акопов Самвэл Акопович, 1969 года рождения. Его приметы: рост 178 сантиметров, худощавого телосложения, смуглый, волосы черные короткие. Был одет: черные джинсы, рубашку в белую и синюю клетку и белые кроссовки, куртку поплиновую голубого цвета…»
Шаповалов щелкнул пультом и с остервенением забросил его на шкаф.
— Реки крови и море трупов.
— Чего? — Бедняков все еще осмысливал увиденное.
Аня даже с ее нетрадиционным мышлением не смогла бы додуматься до такого, просто потому что была слишком жадной. Определенно тут чувствуется влияние Гордеева. Ох, нарывается адвокат.
— Море трупов, говорю. И первый — твой, если в течение суток не доставишь мне эту Брусникину или не представишь достаточных оснований, чтобы закрыть это гнилое дело на фиг.
Телефонный звонок прервал его человеконенавистнические заявления.
Шаповалов снял телефонную трубку.
— Тебя! — И положил на рычаг.
— Разучился телефоном пользоваться?! — разозлился Бедняков.
— К себе иди! Из дому звонят, что-то срочное.
Вот оно, началось! Бедняков бежал как на рекорд,
едва не сбил с ног майора Звягинцева. Он, кажется, что-то сказал вдогонку.
Звонила тетушка.
— Толик! Пришел Юра Гордеев, говорит, что у него к тебе очень важное дело, ты не мог бы в перерыв…
— Он цел вообще?!