— Дело — дрянь! — заключил Прин, и его лицо выражало беспокойство, когда он отправил перископ в шахту.
— Мы можем снова включить эхолот, командир? — раздался снизу из ЦП низкий голос Шпара.
— Да.
В боевой рубке воцарилась тишина. Можно было услышать лишь приглушенный гул электромоторов. Тогда Шпар заговорил снова:
— Командиру, время подвернуть вправо на 15 градусов!
— Право 15 по компасу! — повторил Прин.
23.25. Выждав несколько мгновений, он скомандовал:
— Всплывать! Моторы, средний вперед!
— Продуть главный балласт! Всплывать на поверхность, — повторил Вессельс.
Лодка всплыла, и вахта вернулась на струящийся мостик. Первым движением фон Фарендорфа был осмотр горизонта по корме в надежде увидеть судно, только что прошедшее над ними. Для него не составило трудности обнаружить в бинокль смутный силуэт небольшого парохода, следовавшего в открытое море. Он немедленно доложил о своем открытии Прину, но тот, занятый изучением острова, ничего не ответил.
Теперь лишь несколько легких облаков оставались на сияющем небе, прежде чем исчезнуть окончательно в направлении зюйд-зюйд-вест. Берег просматривался отчетливо. По левому борту виднелись скалы острова Рональдсей, а позади него — характерный силуэт холма Уорд, самой высокой точки острова, четко выделявшегося на фоне светлого искрящегося неба. Дальше, к северу, остров Бюррей, отделенный узким проходом Уотер-Саунд, казалось, продлевал побережье острова Южный Рональдсей. Впереди была юго-восточная оконечность острова Мейнленд, самого крупного из Оркнейских островов.
Припав к биноклю, Прин неспешно осматривал побережье. Показался маяк Роуз-Несс, затем подошла очередь 10-метрового каменного знака, увенчанного крестом, обозначавшего вход в пролив Холм-Саунд, в который им предстояло войти. Он опустил бинокль и склонился над переговорной трубой:
— Курс 320!
— На румбе 320,— доложил Шмидт.
Нос покатился влево, и перед глазами верхней вахты открылся проход Хой-Саунд. Невидимая рука погасила огни на небе, погрузив его и землю в темноту.
Приливно-отливное течение подхватило лодку, подталкивая ее в узкость. Так же внезапно, как они исчезли, тысячи огней замерцали снова, окрасив все вокруг оранжевым цветом.
— Десять метров… девять метров… семь метров… — без устали докладывал Хёльцер.
— Заглубить надстройку на случай посадки на мель, — скомандовал Прин в переговорную трубу.
В центральном посту Вессельс открыл и быстро закрыл клапана вентиляции средней группы ЦГБ, лодка погрузилась примерно на 40 см.
— Приняли в среднюю, командир. Осадка — 5,1 метра!
Чтобы уйти от сулоя,[13] образующегося у низкого мыса Бюррей-Несс, Прин решил прижаться к берегу Мейнленда.
— Право руля!.. Так держать!
Пролив Холм-Саунд, ширина которого не превышала мили, казалось, заканчивался тупиком. Земля окружала его со всех сторон, и выхода не было видно. По мере приближения к нему течение становилось все сильней.
— Лево руля, ложиться на курс 310°…
— Курс 310,— доложил Шмидт из рубки.
По правому борту открылся маяк Роуз-Несс, на удивление близко. Когда лодка проходила под ним, он возвышался как бельведер, мертвенно бледный и враждебный. По левому борту, к северо-западу, в полутьме вырисовывался внушительных размеров залив. В его западной части больше ощущался, чем проглядывал, знак, обозначавший самую высокую точку острова — 73 м. Как и предполагалось, тихие берега оказались совершенно пустынными. «Никаких следов наблюдательных пунктов», — пробормотал Эндрасс, словно убеждая себя.
Прин первым заметил затонувшее судно:
— Блокшив поперек канала, справа 60 в дистанции 2 мили, — воскликнул он, явно волнуясь.
Еще ярче, чем блистающее небо, за черным призрачным скелетом, блокировавшим вход, впереди, насколько хватало глаз, сверкая, раскинулась гладь залива Скапа-Флоу.
Скапа-Флоу! Это магическое имя пробудило в Прине бурю эмоций, лишив возможности трезво рассуждать. Наконец-то он на досуге мог рассмотреть собственными глазами этот таинственный залив.
[13] Волнение поверхности моря, вызванное столкновением разнонаправленных потоков, выходом течения из узкости или сильным ветром, направленным против течения. Поверхность при этом напоминает поверхность кипящей воды — прим. перев.