Туман: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кейси вздрогнула от этих слов. Страшно вспомнить, в каком состоянии был Джон, когда она впервые навестила его.

Известие о землетрясении взволновало всю страну. Распространялась паника, геологи были в смятении, соседние города и фермы охватила тревога. Кейси и в голову не могло прийти, что Холмен стал жертвой землетрясения. Джон никогда слишком не распространялся о своей работе, его подруга даже не знала толком, чем он, собственно, занимается. Известно только, что в эти выходные Холмен занят, что он не может сказать, куда едет, и ни в коем случае не возьмет девушку с собой. Да если бы Кейси только знала, что Джон был на месте катастрофы, она бы... Но об этом думать не хотелось. Хватит и того, что случилось потом, когда Кейси позвонила Холмену на работу, узнать, почему от него до сих пор нет ни ответа ни привета. Сначала девушке сказали, что Джон все еще на задании, что он попал в зону землетрясения и никаких известий от него пока не поступало. Может быть, он помогает пострадавшим, может быть, его задержали многочисленные машины «Скорой помощи» и толпы зевак, без которых, как это ни отвратительно, не обходится ни одно несчастье. Кроме того, Холмен мог нарваться на патруль, что очень беспокоило его шефов: ведь тогда не миновать скандала с министерством обороны. Но Кейси совсем не обязательно знать об этом, пусть она перезвонит попозже. Скоро обязательно выяснится, где Джон и что с ним случилось. И вовсе ни к чему ей ехать в Уилтшир: на дорогах творится Бог знает что, и Холмена ей все равно не найти.

Остаток дня прошел в устрашающем оцепенении. Кейси позвонила своему начальнику, владельцу антикварного магазина на одной из прилегающих к Бонд-стрит улиц. Девушка сказала, что больна и не может выйти на работу. Антиквар, суетливый человечек, видевший в женщинах только деловых партнеров, угрюмо выразил надежду, что завтра Кейси будет лучше. Есть не хотелось, и девушка вяло бродила по дому, боясь уйти и пропустить телефонный звонок. Она слушала по радио новости о землетрясении.

Они были знакомы почти год, и Кейси все сильнее привязывалась к своему другу. Даже отец, которого она боготворила, отошел на второй план. Когда Кейси было восемь лет, ее родители развелись. Девочка осталась с отцом. Она часто обращалась к нему за поддержкой. Мистер Симмонс был превосходным отцом, он и дочь души не чаяли друг в друге, пока на их пути не стал Джон Холмен. Сначала бессознательно, потом мягко, но целенаправленно Джон пытался ослабить эту привязанность. Однако делал это не из любви к Кейси, а просто по-человечески желая ей добра. Девушка умная, с сильной волей, но отцовская любовь подавляет ее. Этому нужно положить конец, иначе Кейси никогда не станет самостоятельным человеком. Кроме того, что-то смущало Холмена в этой взаимной привязанности.

Джон уговаривал Кейси (вообще-то девушку звали Кристин, но Холмен придумал ей это имя, так и не сказав почему) уйти от отца и начать самостоятельную жизнь. Она бы так и поступила, позови он ее к себе, но здесь Холмен был непреклонен. Наученный горьким опытом, он решил избегать серьезных привязанностей. Джон много раз влюблялся, а однажды даже сделал предложение, но девушка отвергла его, понимая, что он ее не любит. Прошли годы, и Холмену стало казаться, что он уже никогда не влюбится по-настоящему. После встречи с Кейси он порастерял большую часть своего цинизма, но еще сопротивлялся как мог, хотя и понимал, что это бесполезно. Конечно, он не одинок, но как же не хватает ему кого-то близкого, кому можно было бы довериться. Наверное, с этого и начинается старение?

Кейси старалась разрушить стоящий между ними барьер, и в этом было что-то общее с тем, как Холмен пытался ослабить ее привязанность к отцу. Процесс шел медленно, но необратимо. Обе стороны продолжали сопротивляться. Кейси не покинет отца, пока не будет уверена, что кто-то заменит его, а Холмен не собирался стать этим кем-то: все-таки есть разница между бегством и началом самостоятельной жизни. Конечно, он старше Кейси, но и не отец ей. Трудно было разорвать этот заколдованный круг.

Кейси тревожно ждала звонка. Теперь она знала, что поступит так, как захочет Джон. Ей стало ясно, почему он так настаивает на своем. Конечно, отца ждет тяжелый удар, но ведь они будут видеться. Папа поймет, что иначе было нельзя, и его враждебность к Джону исчезнет. В противном же случае ей снова придется сделать выбор, уже окончательный. И не в пользу отца.

В три часа Кейси снова позвонила в комитет по экологии. Там уже кое-что разузнали. Извинились, что не позвонили девушке сами, но у них сейчас все вверх дном из-за этого землетрясения. Кто бы мог поверить, что в Англии возможно такое?! Наконец Кейси сообщили, что в одну из больниц Солсбери был доставлен пациент в состоянии крайнего умопомешательства. При нем были документы на имя Джона Холмена, работника комитета по экологии. Кейси потребовала подробностей. Ее сердце бешено стучало, мысли точно молнии мелькали одна за другой. Ей уклончиво ответили, что физически Холмен совершенно здоров, попросили держать связь и обещали информировать о дальнейшем ходе событий.

Кейси поблагодарила и повесила трубку. После этого она сама позвонила в больницу. Диспетчер извинился, сказал, что линия перегружена, и предложил перезвонить попозже.

Терпение Кейси лопнуло. Оставив отцу наспех нацарапанную записку, отыскав на карте нужную дорогу, девушка поспешила к своему ярко-желтому автомобилю. Как здорово, что папа подарил ей машину! На главных дорогах сейчас не протолкнуться. Лучше ехать окольным путем.

Девушка миновала Бейсингсток и Андовер. Забитые машинами центральные шоссе остались в стороне. На подъезде к Солсбери Кейси застряла в пробке. Полицейские, регулировавшие движение, выясняли, кто, зачем и куда едет, и отправляли восвояси всех, кто, не имея в Солсбери никаких важных дел, собирался просто поглазеть на несчастье. Наконец очередь дошла до Кейси. Она рассказала про Джона. Девушку пропустили при условии, что она будет держаться подальше от места происшествия, посоветовали оставить машину на окраине города, чтобы поскорее добраться до больницы. Добравшись до цели своего путешествия, Кейси стала наводить справки о Джоне, но оказалось, что это не так-то просто. Многочисленные родственники и друзья ждали известий о пострадавших. Нужно запастись терпением.

Лишь в восемь часов вечера, когда девушка потеряла всякую надежду узнать хоть что-то о Холмене, к ней вышел падающий от усталости врач, отвел ее в сторону и тихо сказал, что сегодня лучше не встречаться с Джоном, который все еще не пришел в себя и ранен, впрочем, не опасно, хотя и необходимо сделать переливание крови. А пока что больному дали успокоительное. Заметив волнение девушки, врач решил оставить подробности болезни на потом. Завтра, в более спокойной обстановке, он объяснит девушке, что ее приятель, возлюбленный или кем он ей приходится, совершенно невменяем, и, несмотря на успокоительное, его приходится привязывать к кровати, чтобы он не причинил вреда себе и окружающим. Этот парень из кожи лез, лишь бы покончить с собой. Уже по пути в больницу его пришлось связать, но сумасшедший вырвался, разбил в «скорой» окно и чуть не вонзил себе в горло длинный, острый как нож осколок. Здоровяк шофер удержал его от этого, за что и поплатился сломанной челюстью. Потом Холмен вконец разбушевался, в результате чего пострадали два санитара и врач. Наконец безумца схватили, дали ему успокоительное, но лекарство не подействовало. Больного пришлось связать.

«Нет, — подумал врач, — сейчас лучше не рассказывать. Завтра сама все увидит».

Кейси переночевала в гостинице, до отказа переполненной журналистами и местными жителями, предпочитавшими держаться подальше от разрушенного городка. Девушка жадно ловила любые подробности о землетрясении. В городке было около четырехсот жителей. Почти треть из них погибла, еще одна треть была ранена.

Многие старые дома и коттеджи были разрушены, а их обитатели погибли или превратились в калек. Больше всего рассказывали о том, что почти на самом дне пропасти обнаружили мужчину и спасенную им маленькую девочку. Когда их подняли наверх, ребенок был без сознания, а мужчина лишился рассудка. Позже Кейси поняла, что этим безумцем был Джон Холмен.

Назавтра Кейси чуть свет явилась в больницу. Ей сказали, что днем она увидит Холмена, но ее ждет сильное потрясение. Врач, с которым она беседовала накануне, спокойно объяснил, что ее знакомый сильно изменился, у него буйное помешательство. Кейси расплакалась. Врач поспешил добавить, что больной может быстро поправиться, что, вероятно, это всего лишь временное психическое расстройство, следствие пережитой катастрофы. Кейси вернулась в гостиницу и плакала до тех пор, пока не пришло время идти в больницу. Там ей сказали, что не стоит пока навещать больного, но девушка настояла на своем, в чем после раскаивалась.

Врач был прав. От прежнего Холмена, которого Кейси знала и любила, не осталось и следа. Он превратился в животное, свирепое, сквернословящее животное. Его поместили в специальной палате без окон. Стены комнаты были обиты чем-то мягким. Больной был прочно привязан к кровати. На свободе оставались только кисти рук, ступни и голова. Шея была забинтована, во рту кляп, чтобы не дать сумасшедшему откусить себе язык. Он пытался освободиться, сжимал и разжимал пальцы, словно выпускающий когти хищник. А его глаза! Огромные, неподвижные, безумные... Никогда Кейси не забудет этот взгляд. Сумасшедший выплюнул кляп и заорал во все горло. Мало кому доводилось слышать такое сквернословие. Непонятно, как может додуматься человек до подобных гадостей. Прибежала сиделка и, защищая пальцы от зубов сумасшедшего, снова заткнула ему рот.

Не помня себя от ужаса, Кейси выбежала из палаты. Горячие слезы обжигали лицо. Сначала ей казалось, что это совсем не Джон. Болезнь страшно изменила его, и девушка пыталась внушить себе, что это кто-то другой, но к чему этот самообман? Если хочешь спасти Джона, нужно смотреть правде в лицо. А если спасения нет? Будет ли она любить животное, лежащее там, в палате?

Кейси вернулась в гостиницу. Ее мысли и чувства были в полном беспорядке. В душе разгорелся конфликт. Она долго плакала, стараясь побороть отвращение к болезни. Силы были на исходе. Кейси позвонила отцу. Тот велел немедленно возвращаться домой. Ей стоило большого труда воспротивиться приказу. Отец защитит, успокоит, снимет с ее плеч эту непосильную тяжесть.

Но нет! Ее долг — быть рядом с любимым. Пока есть хоть какой-то шанс. Болезнь не перечеркнет их прошлого, не уничтожит их былую близость. Кейси сказала отцу, что не вернется, пока положение Джона так или иначе не определится. И не нужно приезжать за ней. Она уже все решила.

Вечером Кейси опять навестила Джона и пришла в еще большее отчаяние. Доктор сказал, что спасенная Холменом девочка умерла сегодня днем, так и не приходя в сознание. Врачи считают, что ребенок отравился вырвавшимся из-под земли газом. Возможно, этим же объясняется помешательство Холмена. Через несколько дней будет ясно, излечима ли его болезнь. Возможен и смертельный исход.

В эту ночь Кейси почти не сомкнула глаз. Угроза смерти внесла ясность в ее чувства: если Джон выживет, но не поправится, она всегда будет рядом. Рассудок говорил, что ее любовь пройдет, но Холмен будет нуждаться в ней, и на месте прежней любви родится новая. Если же он умрет (страшно даже подумать от этом), она забудет все, что видела в эти два дня, и будет помнить его таким, каким он был прежде. Лишь на рассвете девушка задремала. Тревожные сны преследовали ее.

Утром, полная надежд и страхов, Кейси снова появилась в больнице. Холмен был абсолютно здоров. Слабый, с посеревшим лицом, но в полном рассудке. Через неделю его выписали.

Они сидели на ступеньке. Кейси взяла Джона за руку. Он улыбнулся и поцеловал ее в щеку.

— Спасибо, — сказал Джон.

— За что?

— За то, что ты здесь, что не сбежала.

Кейси ничего не ответила.

— Врачи рассказали мне, каким я был, — продолжал Холмен. — Ты, наверное, испугалась?

— Да. Очень.