Сказав это Мак Клайн выпустил кольцо дыма в потолок и посмотрел на полковника. Тот перевел взгляд на Ротелезу.
— Сколько человек уцелело?
— Около 200, из них половина новичков.
— Значит наши потери примерно 1000 человек. Очень плохо.
Полковник нажал на кнопку на столе.
— Всему составу базы. База переходит на усиленный режим работы. Ладно. Вы лейтенант можете идти, а вас майор я попросил бы остаться.
Оставшись в кабинете вдвоем с Мак Клайном, полковник достал бутылку арки и два бокала. Налив в оба бокала он протянул один Мак Клайну. Сделав добрый глоток, он поставил бокал на стол. Тоже сделал и Мак Клайн.
— Скажите майор, каково ваше мнение о наших проблемах? Вы ведь в курсе всех наших проблем? Или хотите что ни будь узнать? Что бы вы сделали на моем месте?
Мак Клайн задумался. За это время полковник успел наполнить их бокалы еще раз.
— Знаете полковник, лично я бы вам посоветовал немедленно эвакуировать базу.
— Это еще почему?
— Учитывая что генерал и многие другие солдаты и офицеры попали в плен, то они могли сообщить координаты базы, да и других баз тоже.
— Координаты баз знал только один генерал. А он не может их рассказать.
— Это еще почему?
— Генерал патриот, он не станет выдавать своих товарищей.
Поражаясь преданной тупости и фанатизму местных офицеров Мак Клайн встал.
— Извините полковник, я очень устал, а мне еще у Ротелезы необходимо забрать одну веешь. Где я могу ее найти.
— В 6 отсеке.
В коридоре Мак Клайн у первого проходившего солдата нашел направление на 6 отсек. Первый с кем он столкнулся в отсеке была Ротислава.
— Профессор, точнее майор, рада видеть вас здесь целым и невредимым.
— Я вас тоже. И вы тоже пытаетесь играть в войну с правительством?
— Я не играю в войну, а борюсь за новое будущее нашей планеты. У меня огромное желание сделать так что бы мы избавились от четырех министров.
— У меня тоже.
— Вот только мотивы у вас совершенно другие.
— Зато цели у нас одинаковые. Ладно, прекратим диспут. Где Ротелеза?
— В 612 комнате. А зачем она вам?
— Дело у меня к ней.
Ротислава подошла к Мак Клайну вплотную.
— Только об одном прошу — не морочь девочке голову. Ты уедешь, а ей мучатся. Я итак кроме твоего имени ничего не слышу. Ах Джонни такой храбрый, ах Джонни такой умный, Джонни такой…
Мак Клайн перебил девушку.