– Может, и можно, господин. Я, если честно, про то не ведаю.
– Как не ведаешь? Ты же здесь живешь!
– Да я, право, не интересовался раньше ими. Вот кто чего из съестного продает, это я сказать могу. Колбаса, например
– Да на кой нам твоя колбаса! – отмахнулся Фонарщик. – А собственных лошадей продаешь?
– У меня нет лошадей.
– Чего врешь-то? Я когда лошадь в конюшню отводил, самолично десятерых зверюг видел! Али скажешь, что они не твои?
– Не мои, господин. Это постояльцев.
– Ясно, – разочарованно протянул Фонарщик и уткнулся носом в пивную кружку.
– Новости с севера есть? – Настала моя очередь задавать вопросы.
– Бегут люди, – вздохнул трактирщик и нервно глянул мне за спину. Пришла беда, когда не ждали.
– А что король?
– Армию собирает. Со дня на день битва будет. Так говорят
– А Орден?
– Маги-то? Ждут чего-то. Это их винят в том, что Неназываемый пришел.
– Кто винит?
– Все.
С этими словами трактирщик отошел, оставив нас в одиночестве.
– Странная ситуация, не находишь, Гаррет? – задумчиво процедила Кли-кли. – Наш хозяин что-то уж слишком нервничает, словно ему к горлу приставили ножик.
– Может, ему твоя физиономия не понравилась.
– Может, – серьезно кивнула головой маленькая гоблинша. – А может, тут что-то другое.
– Что, например?
– Ты не заметил еще одну странность? В конюшне десять лошадей, в зале десять человек. Они сидят по двое и занимают пять столов. Причем сидят так, что закрывают выход из трактира.
В голове тревожно звякнул колокольчик.
– Совпадение, – сказал я, теперь понимая, что мне так не понравилось в этом трактире.
– Угу. – Она незаметно опустила левую руку на рукоять метательного ножа. – Именно совпадение Мумр, ты нас слушаешь?
– Еще как! – Фонарщик, сощурив глаза, смотрел на металлическое блюдо, прислоненное к стене. Блюдо было отполировано до зеркального блеска, и в нем прекрасно отражался весь зал трактира.
– Ну так вот, еще одна странность в том, что они хоть и сидят по двое, но совершенно не разговаривают. Прямо могильная тишина.
– Мы тебя поняли, Кли-кли. Ты пой песенку, и погромче, – предложил я ей.
Кли-кли послушно запела незатейливую песню.
– Что будем делать, Фонарщик?