- Так точно. Крымский. Бахчисарай. – Рифат был невозмутим и безмятежен.
- Добро.
Дальше Бобков принялся поедать глазами сержантский состав. Лейтенант представил обоих. - Старший сержант Даниленко, командир группы досмотра. Сержант Корабельников, группа бортового оружия.
- Оба кадровые?
- Никак нет. Только Даниленко. Из рядовых – Прозоровский. Остальные – призывники из второй бригады.
- А, «нулевой» набор. – Проявил осведомленность командующий. – Как себя показали?
- Подготовлены отлично. Взысканий нет. Недавно премированы отпуском. – Не вдаваясь в подробности, дипломатично ответил лейтенант.
- Где остальные?
- Один убит, трое ранены. Вчера, в проливе. Гражданские - в Кастро.
Командующий промолчал, закончив расспросы. Личное дело лейтенанта и доклад про недолгую, но насыщенную службу «девятнадцатого» он уже успел проглядеть. Две зачистки на островах, несколько стычек в море, тот самый бой у острова, драка в заливе. И взятый в плен Дернек. Удачливые ребята. Иные бы давно шею свернули, а этим прет. Везунчики. Бобков прошелся перед строем. Команда молча ела глазами начальство.
Полковник начал заход со «сладкого». - Благодарю за службу. Завтра подготовят приказ о поощрении и наградах.
Команда дружно рявкнула.
-Служим Республике!
Бобков отметил едва заметную заминку кадровых, привыкших к другому кличу. И усмехнувшись, более неофициальным тоном повторил.
- Спасибо за залив, мужики…. Но пряники – позже. Вызвал вас за другим.
Посерьезнев, полковник продолжил. - Сейчас проедемся на природу. Там и поговорим. Лейтенант, командуйте.
Сашка, поглядывая видя краем глаза поскучневшего лейтенанта и смурного Даниленко быстро соображал. Пленный? Других причин не просматривалось. Утопленник. Точно.
Окончательно убедило зрелище давешнего утопленника выходящего в сопровождении конвоя. Следом вывели еще одного смуглого уроженца малой Азии. Обоих загрузили в микроавтобус. Турки зыркнули друг на друга, усаживаясь в разных концах салона. Следом полез сам командующий, жестом пригласив остальных занимать места. Адъютант уселся за руль. Выехав за ворота, они свернули к аэродрому и обогнув его, покатили в дальнюю сторону острова. Миновав плотину, машина пропетляла по проселкам и свернув с дороги углубилась в распадок меж гор. Едва заметная колея, поросшая жесткой травой и редким кустарником скоро кончилась, выведя на небольшую, голую как коленка, лощинку. Движок стих. Отправив обеих рядовых в дозор на въезде, Бобков, оставив турков и адъютанта в машине, скомандовал старлею и сержантам выходить. Уже на воздухе, сумрачный Бобков, не стесняясь, объяснил им - что, зачем и почему.
- Первый, который ваш – мешок с деньгами. Казначей. Второй – будущий борец за свободу. Сейчас этот долбанный борец вытрясет из мешка деньги на свою борьбу. Как вытрясет – похороните остатки казначея и отвезете борца в Кастро. О секретности предупреждать не буду – не дети. Особо впечатлительные могут отказаться. Дело добровольное – пойму. Об остальном – позже. Вопросы?
Сашка взбледнул. Курс по методам экспресс-допроса в полевых условиях, в Балаклаве им читали. Но до практики еще не доходило. Теперь дойдет. Прямо сейчас. Резать турка живьем, да что там резать – даже смотреть, не хотелось абсолютно.
Бобков молча разглядывал всех троих, ожидая решения. Лейтенант и старший сержант интересовали его меньше. Эти уже отметились на Самосе, на зачистке греческого поселка. Там был непонятный момент с двумя найденными трупами, с обструганными ножом пальцами. И подозрительное, для такой заварухи отсутствие собственных потерь. Нет, лейтенант и старшой – ребята явно непростые.
Больше всего его занимал белобрысый, побледневший здоровяк-сержант. Облегчать ему проблему выбора он не собирался. Тут была война и сержант за полгода успевший побывать в нескольких боях должен был кое-что понять. И научиться принимать свои решения.
Сашка собрался. На хрен это было надо начальству – черт его знает. Но надо. За последнее время он успел убедиться, что в Крыму начальство занимается чем надо, а не чем хочется. Если Бобков говорит - нужно, значит это действительно нужно. Не Бобкову, а Крыму.
Ладно, надо – так надо. Не девочка.
Корабельников кивнул полковнику – Я в деле.
-Хорошо. Лейтенант! Первого турка - к тому деревцу. Перед ним поставьте штатив и камеру. Вырыть яму неподалеку. Лопаты – в багажнике. Второй пусть пока сидит в машине.
Лейтенант скомандовал. Подождав, пока Дернека приковали к помеси березы с саксаулом, Бобков подошел к пленному.
- Привет, Дернек.
Губы старого знакомого сложились легкое подобие улыбки.
- Здравствуй. Это для меня? – Дернек кивнул на разбирающих лопаты морпехов.