Сашка молча поглядывал, то на лейтенанта, то на сержанта. Похоже, безделье кончалось.
Лейтенант закончил мысль.
-Короче, всем надеть броню, поднять на палубу ПТУРСы и подготовить ЗУшку. Досматривать никого не будем. Всем встречным сообщать, что район закрыт для учений. Все кто не согласен - могут валить на хрен. Или на дно. Погнали, парни!
Сашка, пропустив ребят вперед, нырнул за ними в кубрик. Без спешки натягивая бронник, он прикидывал ситуацию. Соседей связали боем, главную ударную силу увели. Скоро здесь будет караван, прикрывать который будут только два Москита. Если с островов придут гости, то будет весело.
Предчувствия лейтенанта оправдались минут через сорок. От ближайшего островка отделилась россыпь отметок и, разделившись на три группы, направилась в их сторону. Запущенный с борта крошка-дрон показал четверку крупных катеров в сопровождении пары корабликов посолиднее. На глаз, тонн на триста. Турки заметили дрон, а заметив, принялись упражняться в стрельбе по воздушной мишени. Поскольку крымчане успели разглядеть все, что требовалось, бережливый лейтенант приказал, поберечь технику и аккумуляторы. Вертолетик, с жужжанием приземлился обратно на палубу и был убран на место.
Лейтенант вместе с озабоченным Михалычем, сидя в рубке, наскоро прикидывали, как перекрыть парой их судов, идущих сильно растянутым пеленгом турков. Как ни крути, но накрыть вдвоем троих – не получалось. Преимущества в скорости хода, которые обеспечивали вертолеты, ушедшие с «Зевсом», больше не было. «Москиты», по сути, оставались такими же сейнерами, что шли им навстречу. Кое-какое оборудование на палубе давало им преимущество в бою, но скорость хода у них была практически такая же.
Так ничего и не придумав, старлей приказал второму Москиту взять на себя левую группу, а самим идти между центром и правым флангом. Сообщив на Имрос о принятом решении, лейтенант с капитаном переглянулись.
-Ну что, старый, повоюем?
Посторонних в рубке не было и малость взбледнувший кэп позволил себе откровенность.
-Ага, повоюем… Боевиков пересмотрел? Или в солдатиков не доиграл, в детстве? Миша, нас убивать идут!
Старлей оскалился.
-Так и мы не институтки! Кто им даст, убогим? Шесть шаланд с прибрежной шпаной. Не дрейфь, дед!
Дед, бывший всего-навсего, постарше лейтенанта лет на пятнадцать, хотел было сплюнуть, но вспомнив, где находится, сдержался.
-Мудак ты, Миша. Горячий и зеленый. – Капитан выдохнул. - Ладно, командуй, «адмирал». Деваться нам и в самом деле некуда.
Лейтенант подмигнул и улыбнулся.
- Мандраж, Михалыч?
-Сам знаю. – Буркнул капитан. - Пройдет, как начнем. Лучше, ты это.., к ребятам сходи. Успокой молодняк. Если что – я тебе в дверь крикну.
-Пороху они уже понюхали маленько. Но ты прав – схожу.
Распахнув тяжелую дверь, лейтенант зажмурился. Контраст между темной рубкой и залитой солнцем палубой был резким.
Молодняк из группы бортового оружия кучковался возле пушки. Досмотровики – ребята постарше и поопытнее, возились у бортов. На сегодня, для них работы по профилю не предвиделось. Даниленко был занят размещением двух «Фаготов». Ребята из его отделения вытаскивали из трюма толстые зеленые цилиндры ракет, а сержант прилаживал к бортам пусковые. Лейтенант кивком подозвал к себе обоих сержантов.
-Итак, расклад такой - от острова идут шесть турков, тремя группами. «Два нуля» берет на себя левую пару. Мы пасем центр и правый фланг. Огонь открываете по мере входа в зону поражения. Связь проверьте.
Сержант кивнул. Лейтенант испытующе глянул на Корабельникова и молча скрылся в рубке. Ободрил, твою мать.
Даниленко, стоя рядом с Сашкой разглядывал, как его ребята ладят к пусковым трубы «Фаготов». Сплюнул.
-Дерьмо пожилое. «Корнеты» бы.
Сашка очнулся от раздумий.
-А эти чем плохи?
-А у них дальность, как у твоей ЗУшки. Пара кэмэ. И управление по проводам. Учитывая срок хранения, сработает, дай бог - половина. Или провод рвется, или волной прицел уносит. Были бы «Корнеты» - достали бы прямо отсюда.
-Ага, а потом под трибунал, за расстрел мирных.
Сержант посмотрел скучным взглядом на оптику, на крыше рубки.
-Может ты и прав. Сейчас все на видео пишут. Правда в гробу, от этого не легче. – Сержант хлопнул Корабельникова по плечу.