-Вопросы, задаваемые в Киеве, относились к иному. В основном, в какую сумму оценивает Киев ухудшение отношений с Москвой. Как я понимаю ситуацию – третья делегация, это вы.
Винклер меланхолично улыбнулся, не прерывая манипуляций с тостом. По прежнему, не поднимая глаз, он пробормотал себе под нос.
-Возможно…
-Логика подсказывает, что здесь, вас интересуют три вещи.
Немец отложил нож и с аппетитом хрустнул молочно-золотистым хлебцем. Прожевал. И подняв глаза, поинтересовался.
-И что же может меня здесь интересовать?
-Крымские достижения и неформальные контакты. Вы увидели первое и получили второе. В лице меня.
-А третье?
-Наш настрой. Дух.
Франц с ленивым любопытством посмотрел в карие глаза человека напротив.
-Поясните, профессор.
-С удовольствием. Что, кроме нехватки денег, мешает Европе навести порядок в море?
-Можно перечислять очень долго...
-Нет. Вы были вчера на побережье. И наверняка видели там множество отдыхающих. Хотя эти пляжи отделяет от Турции какая-то сотня миль. И никто из отдыхающих не боится. Ни нападений, ни набегов.
У побережья полно кораблей. И они тоже не боятся. Выходить в море без сопровождения. Рыбачить, возить грузы и людей. Вспомните Грецию. И сравните. Это и есть дух. Мы не боимся. Ни жить, ни драться. Весь Крым. И именно потому здесь безопасно.
Собеседник помолчал.
-Сказано горячо, но не убеждает.
Русский пожал плечами.
-Здесь собралась пассионарии. По преимуществу, из России. Хотя немало и других. Тут есть для чего жить. И за что драться. И этим, они отличаются от вас, европейцев.
И им, а не мне, вполне по силам навести порядок в море. Хотите безопасности – платите им. Насчет цены, думаю, вы в курсе. В крайнем случае – можно почитать газеты. Или позвонить в Берлин. – Закончил он с легкой издевкой.
Русский коротко кивнул и, положив на стол белый прямоугольник визитки, встал.
-До свидания, герр Винклер. Приятного аппетита.
Немец проводил взглядом высокую фигуру. Необычный бандит. Чувствуется масштаб. Да, француз был прав - «Продать безопасность и урвать кусок себе». Может это и есть тот автор, на которого хотел взглянуть банкир?
А вот Матвей, пересказывая вечером беседу с немцем, высказал совсем другое.
-Знаешь Валера, мне начинает казаться, что я недооценил масштаб перемен и ошибся в европейцах. Думал - они крепче. А это - кучка беззащитных, наивно полагающихся на правила, которые сами же установили.
Матвей нахмурился.
- Для соблюдения правил нужна власть. Как принуждающая сила. Власть слов и денег - уходит. А другой – у них нет.
Глава 7.
Раннее утро. Что-то около восьми, с небольшим. Аэропорт имени Христофора Колумба, что в Генуе. Кусок земли, отобранный у моря. Бетонный прямоугольник, подпертый снизу взлеткой, с трех сторон очерчен водой. Посреди бетонного поля торчит круглая коробка терминала, окруженная серебристыми тушками блестящих фюзеляжей. Взлетная полоса, опять-таки, идущая вдоль воды. От моря ее отделяет узенький канал и полоска невысокого волнолома. Сразу за ней солидно, не торопясь, проходят контейнеровозы, шныряют катера. Белоснежные многоэтажные яхты, которых хватает в местных маринах, изредка скользят по волне, щеголяя тонированным стеклом надстроек.
Очередной лайнер, оторвавшись от гофрированной трубы терминала, развернулся с помощью приземистой черно-желтой машины. Тягач отцепил штангу и самолет, весело посвистывая турбинами, медленно порулил к ВПП. Развернувшись и встав на старте, аэробус посвистел еще немного, и почти мгновенно сменил тональность, выходящих на форсаж двигателей. Мощный рык, отпущенные тормоза – пошел разгон.