Парад Победы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Если допустить, что наше политическое руководство оказалось неспособным управлять государством в годы войны, а полководцы были такие бестолковые и бездарные, то почему не фашисты овладели Москвой, а мы взяли штурмом Берлин? Не нацисты поставили Советский Союз на колени, а мы разгромили гитлеровскую Германию? Не вермахт и его союзники победили, а мы водрузили Знамя Победы над рейхстагом и вместе со своими союзниками разгромили в прах фашистскую военную машину, заставив немецко-фашистские войска капитулировать безоговорочно и на всех фронтах?

Почему???

Да потому, что и советское Верховное Главнокомандование по главе с Иосифом Виссарионовичем Сталиным, и полководцы Вооруженных Сил Советского Союза, несомненно, были значительно выше нашего противника. И если посмотреть на военные потери, которые понесли обе стороны, то они говорят о многом. А они таковы: _[456]

— «…людские потери Германии, а также ее союзников, воевавших в Европе против Советского Союза… составили 8649 тыс. человек».

— «…потери советских Вооруженных Сил вместе с пограничниками и Внутренними войсками составили 8668,4 тыс. человек» («Гриф секретности снят», с. 391 и 129 соответственно).

При этом в приведенных цифрах не учтен 1 миллион 200 тысяч немецких солдат и офицеров, плененных на советско-германском фронте после 9 мая 1945 года, где бои продолжались.

Следовательно, миф о том, что якобы наши войска понесли в сравнении с противником значительно большие потери и что, мол, за счет этого выигрывались сражения, — не имеет никаких оснований. В нашей стране эти бредни организует бывший член Политбюро, предавший наш народ, А. Яковлев и его подручный Г. Попов. Что естественно импонирует администрации США.

Победа СССР и стран антигитлеровской коалиции над нацистской Германией и милитаристской Японией во Второй мировой войне имела подлинное, а не мнимое всемирно-историческое значение, оказала огромное влияние на все послевоенное развитие человечества. Великая Отечественная война являлась ее важнейшей составной частью. Советские Вооруженные Силы отстояли свободу и независимость Родины, участвовали в освобождении от фашистского гнета народов одиннадцати стран Европы, изгнали японских оккупантов из Северо-Восточного Китая и Кореи.

За период боевых действий и оккупации СССР потерял 30 % своего национального богатства. Оккупанты разрушили 1710 советских городов и поселков, свыше 70 тыс. сел и деревень, 32 тыс. промышленных предприятий, 98 тыс. колхозов и 2 тыс. совхозов, 6 тыс. больниц, 82 тыс. школ, 334 вуза, 427 музеев, 43 тыс. _[457] библиотек. Только прямой материальный ущерб (в ценах 1941 г.) составил 679 млрд. рублей, а общие расходы составили 1890 млрд. рублей.

Однако цену победы над фашизмом характеризуют не только количественные показатели потерь: ее определение предполагает учет и качественной стороны этой борьбы. Цена победы отражает тот исторический факт, что Красная Армия, советский народ понесли жертвы в борьбе с фашизмом в войне, в которой решался вопрос о жизни и смерти, судьбе государства, независимом национально-государственном существовании. И нужно уметь отличать жертвы, принесенные в ходе бескомпромиссной борьбы с агрессором ради победы над ним, от жертв войны и ее последствий.

Тем самым количественные параметры Победы обязательно должны сопоставляться, соединяться с качественными, главными из которых являются:

Во-первых, срыв политических и военных планов и целей оголтелого агрессора; уничтожение военной машины Германии и ее союзников; ликвидация в них самых античеловечных, самых реакционных политических режимов, стоявших на пути социального прогресса.

Во-вторых, важнейший исторический факт — это сохранение социалистической альтернативы развития цивилизации в нашей стране, обеспечения для нее безопасности и достойного существования.

В-третьих, появление благоприятных возможностей для развития национального и социального освобождения народов многих стран мира, утверждения идеалов гуманизма и демократии. Красная Армия несла жертвы не только во имя независимости своей Родины, но и ради освобождения от гитлеризма народов других стран Европы и Азии. Она не могла остановиться на своих границах, а должна была вместе с союзниками разгромить нацизм в его логове. В целом Великая Победа над _[458] коричневой чумой отразила жизненность основных тенденций новой исторической эпохи: демократизацию мирового сообщества, стремление всех народов мира к обновленной цивилизации, справедливому миру, основанному на торжестве идеалов добра, разума и социальной и национальной справедливости.

Изложенные данные позволяют с полной ответственностью утверждать, что слова некоторых авторов, высказанные еще в период «перестройки» в конце 1980-х годов, звучат кощунственно: «Мы и закончили войну, не умея воевать. Мы залили своей кровью, завалили врагов своими трупами». Беспочвенны и антинаучны утверждения многих тогдашних, да и нынешних псевдодемократов и псевдопублицистов, что победа советских войск была якобы достигнута лишь благодаря многократному численному превосходству над противником, ценой неисчислимых жертв, не имеющих будто бы исторического оправдания.

Историческая истина, подтвержденная реальными событиями и документами, многочисленными послевоенными военно-историческими исследованиями, напротив, состоит в том, что победа над нацистскими агрессорами была достигнута благодаря подавляющему превосходству и высочайшему уровню развития советского военного искусства, советской военной техники, беспримерному героизму советских воинов и трудовому подвигу миллионов тружеников тыла, усилиям всего многонационального сплоченного единой идеей защиты РОДИНЫ советского народа. Фактически все советские люди, от мала до велика, от детей и женщин до стариков и даже больных — как один встали на отпор врагу, не щадя ни сил, ни здоровья, ни самой жизни!!!

2 мая 1945 года, хотя бои в Берлине и закончились, а гарнизон города капитулировал, но чувства, сопровождающие _[459] каждого солдата на войне, нас не покидали. Мы многократно поздравили друг друга с Победой и окончанием войны, с утра побывали в рейхстаге, расписались на его колоннах, сделали памятные любительские фотографии у рейхстага и Бранденбургских ворот, послушали наших знаменитостей Симонова, Твардовского и других, выступавших здесь же перед солдатами, проехали на трофейном автомобиле «опель-капитане» по Александр-плац… Кое-кто сходил к бункеру, где последнее время находился Гитлер. Казалось бы, все ясно: бои закончились, война позади, тем более что об этом было многократно объявлено по радио официально, а многочисленные агитационные машины, расставленные по улицам Берлина, транслировали торжественные мелодии, советские песни военных и предвоенных лет. К нашему настроению особенно подходили довоенные песни, напоминающие родные края, отчий дом, прежнюю мирную жизнь.

Все! Война, длительная и тяжелая четырехлетняя война, наконец-то закончилась. И все же настроение у всех было такое, что в окончание этой тяжелой, кровавой схватки почему-то не верилось. Не верилось, что уже не последует команда: «К бою!» Может, поэтому все как были с заряженным оружием, так и ходили с ним. Не верилось, что мы можем идти свободно, в полный рост, не пригибаясь и не прячась за какое-нибудь укрытие.

К исходу следующего дня части нашей дивизии были выведены в пригород Берлина, где расположились в довоенном добротном, мало пострадавшем от боевых действий военном городке. С каким-то азартом стали приводить его в порядок. Откуда-то появились ремонтные материалы, а строителями были фактически все. Каждый второй солдат — мастер на все руки: и столяр, и плотник, и жестянщик, и кровельщик, и слесарь, и электрик, и сантехник, и каменщик, и маляр _[460] и т. д. Руки наши просто изголодались по мирной работе. Уже через неделю военный городок было не узнать — все блестело, дышало забытым за годы войны уютом, газоны и деревья «дымились» нежной весенней зеленью. И все же, несмотря на мирную обстановку, тревога не покидала нас.

Возможно, на общее настроение и атмосферу влияла информация о том, что у нас, в районе Берлина и в Германии в целом, бои закончились, а вот Украинские фронты продолжали проводить Пражскую операцию. На территории Чехословакии была окружена огромная группировка. И хотя акт о военной капитуляции в Карлсхорсте был подписан в ночь с 8 на 9 мая, сражения Второй мировой войны закончились лишь 11 мая, когда можно было сказать, что в Европе пожар погашен. Более 860 тысяч немцев было взято в плен в результате только Пражской операции. Немало погибло наших воинов, которые прошли от Волги до Берлина и Праги и сложили головы уже после Победы. Это было особенно горько и тяжело…

12 мая во всех частях и подразделениях нашей дивизии, как и во всех войсках, прошла политинформация, которая окончательно ставила точку и подводила черту под всеми боями и операциями. Личный состав нацеливался на мирную учебу, на внедрение в жизнь и быт войск уставного порядка. Начиналась обычная мирная служба, от которой все отвыкли. А для меня она была вообще неизвестна, если не считать учебу в военном училище в первый год войны.

Сознанием мы все воспринимали так, как надо, а душа была почему-то опустошена. Казалось бы, в те дни надо было только радоваться, и мы действительно радовались, и были безмерно счастливы. Только с радостью соседствовала горькая печаль — каких товарищей мы потеряли! Да и всем своим существом привыкнув за эти годы к ратному труду, мы не могли без _[461] внутренней ломки сразу перестроиться на мирный лад. У меня ощущение мира пришло уже потом — после Москвы, после Парада Победы.

15 мая командир полка подполковник Андреев, пригласив к себе в кабинет, устроил нечто вроде «допроса»:

— Зачем вас вызывает командир дивизии?

— Понятия не имею…

— А все-таки? Вы ему рапорт на какую-нибудь тему посылали?

— Нет, и не думал. Ни ему, ни командующему артиллерией дивизии.

— А у вас в артиллерии никаких происшествий нет?

— Да не должно быть.

— Это и дураку понятно, что не должно быть, — нервничал Андреев, — а на самом деле какая обстановка?