Кремль 2222. Юго-Восток: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Так ты, Твердислав, поверил маркитанту про желчь? Слышала, дочь, кого ты себе выбрала? Лезет человек на верную смерть ради чужой выгоды. Эта вот, разве так себя умный взрослый мужчина ведет?

Иголка красная стала, хорошо, что фонари светили слабо. А я чо-то обрадовался.

«Выбрала». Раз батя ее сказал — выбрала, стало быть, так и есть! Но поговорить нам не дали. Наружи зашумели, затопали. В дверь втиснулись сразу четыре нео с факелами и дубинами. Потом троих выпихнули взад. Остался старый, весь в шнурках с зубами и сушеными ушами, в красивой такой кожаной рубахе, утыканной гвоздями. На спине у старого было написано непонятное: «Панки, Хой!» Буквы, правда, почти стерлись. Голова у старого нео маленько тряслась на левый бок, кто-то откусил ему пол-уха, но в деревне он, видать, был за главного. Потому что у него было ружье. Хорошее, маслом густо смазанное, жутко дорогое. Я даже стал гадать, чо такое нео могли маркитантам в обмен на ружье продать. Уж вряд ли карасей с ногами да и картоху мягкую, с кочан размером, маркитанты явно не жрут.

— Огород попортил, нос сломал, рыбу разогнал… — Староста начал загибать пальцы. Потом поглядел на синего хозяина избы и сплюнул. — Как я без него судить буду? Ему урон, не мне.

— Придется без него, — лесничий Архип мигнул своим.

Те живо поставили перед стариканом ведерко с медом. Мед стоил на базаре дорого, очень дорого. Рядом с ведерком Иголка развязала мешок с орехами, в другом мешке лежали меха, красивые, рыжие.

— Три лисицы тебе в подарок, староста, — сказал Архип.

— Мне? Мне в подарок? — Седые лапы у старого маленько затряслись.

— Эта вот, конечно тебе, — заулыбался ласково Архип и полез в карман. Я и не ожидал, что он так сладко умеет улыбаться, ну прямо слаще евонного меда. — Вот тебе еще грузила и крючки в подарок. Давно я занести хотел, да все никак случая не было… Или лучше подождать, пока эти очнутся? Сам знаешь, к утру очнутся. Эта вот, лихорадить их еще дня три будет, не без того, но это фигня. Может, лучше им лисиц да грузила отдать?

— Не, им не надо! — мигом всполошился старый нео. — Хорошо, пасечник. Мы не в обиде. Огород цел, там почти и не помято. Идите себе, мир.

— Своим скажи, что мир, — указал на дверь Архип.

Старый сунул лисиц за пазуху, прибрал прочие подарки и выглянул наружу. Обезьяны заворчали, замахали кулаками, но увидали мед и унялись. Тут же гурьбой пошли его делить.

Ну чо, поднялся я кое-как, за лесником поковылял. Хотел еще с Иголкой полялякать, да ее живо услали. Слыхать было только, как копыта затукали неподкованные и вовсе не конские. Так и не увидал я, на ком они тут в лесу ездят. Водили меня долго, устал даже. Привели меня куда-то, ага, дом трухлявый в чаще, в жизни бы сам не нашел.

Пахло вокруг странно, в носу щекоталось.

— Эта вот, тут заночуешь, за порог — ни ногой, — сказал Архип. — Тут тебе будет карантин.

— Спасибо…

— Это все фигня, — перебил лесничий. Его синие глазья опять стали острые, как гвозди. — Не за что спасибкать, факельщик. За дружком твоим еще никто не поехал…

— Я за Голову заплачу, как обещал.

Пасечник замахал рукой, глянул злобно вдруг:

— Тут такое дело, мы с тобой квиты. А за дружка твоего нам гранат не надо, знакомый он мне человек. Эта вот, мне за него кой-чего другое надо.

— Так чо? — У меня маленько уши вспотели. Понял я, куда хитрец клонит.

— По первости скажи, не видал ли там у Кладбища кого из наших?

— Из ваших?! — Тут я совсем обалдел. Всем известно, что пасечники из лесов своих далеко не вылазят, разве что на Пепел или на Базар. Но кое-чо я вспомнил.

— Нашлись два дурака, купились на торгашеские посулы, — плешивый пасечник злобно сплюнул, постучал клюкой. — Дурные, вроде тебя, не жилось им при отцовской пасеке. Вот и поперлись за легкой добычей…

— Не, не видал, — сказал я. А сам вспомнил дохлых крысопсов на тропинке и лапти рваные. Неужто Хасан и пасечников молодых подбил за желчью идти? Вот так землица, сколько же она, ешкин медь, стоит, коли столько людей за нее полегло?

— К дочери моей тропу забудешь, — отрубил Архип. — Эта вот, чтоб я тебя на Пасеке близко не видал. Ну как, согласный? Посылать травников за твоим дружком?

— Ты чо, лесничий, с меня честное слово просишь? А ежели обману?

— Это фигня. При братках моих обманешь. Они такого не простят.

Поглядел я на других пасечников. Иголку они услали, а сами хмуро так глядели. И глазья у них маленько в темноте светились, что ли. Не смеялись, ага, вовсе не шутили. Эти точно обман не простят. Силой бить не будут, ешкин медь, хитростью издалека заморят. Или кривоту нашлют, стану вон, как Варварка, одним глазом в землю глядеть. Чо-то худо мне стало, аж затрясло всего. Лучше бы я тому рукокрылу достался, спаси Факел от таких мыслей!

— Думай живей, факельщик, плохое время для гулянки, — Архип коротко зыркнул вверх. Он вообще все время глазьями водил. Мне даже показалось — ухи у него маленько шевелятся и так вот, из стороны в сторону, как у кошки, когда спит. — Ну как, по рукам?