Медведев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Зимой совсем плохо стало с продовольствием. Доходило до цинги, когда начинали кровоточить десны, расшатывались и выпадали зубы. Население чем могло помогало партизанам, но оно и само голодало — гитлеровцы подчистую грабили деревни и села. В какой-то степени выручал подножный корм: грибы, ягоды, орехи. Но этого, конечно, не могло хватить, чтобы накормить досыта сотни людей, — а отряд к концу своего пребывания во вражеском тылу насчитывал около трехсот бойцов. Выход был один — «стать на довольствие» к оккупантам. Медведев начал специально планировать налеты на фашистские гарнизоны с главной целью — добыть продовольствие. Иногда партизаны захватывали столько зерна, муки, масла, мяса, сахара, соли, что излишки раздавали населению. В качестве неприкосновенного запаса в отряде по возможности держали несколько коров. Молоко шло раненым и больным. Худо было и с одеждой, особенно с обувью. Любые сапоги в условиях жизни в лесу, непрестанной ходьбы в любую погоду по самой что ни на есть пересеченной местности, включая болота, разваливались с неимоверной быстротой. Выручали опять же трофеи. Когда их не хватало, плели лапти.

Медведев и Кулаков постоянно следили за тем, чтобы все бойцы были в курсе событий на фронтах, международной и внутренней жизни. Особое значение это имело для вновь прибывающих партизан, окруженцев и местных жителей. Они большей частью неделями не имели никаких правдивых сведений о том, что происходило в мире, а гитлеровцы между тем настойчиво распространяли лживые слухи, по которым фашистские войска уже дошли чуть ли не до Урала.

На радиста Анатолия Шмаринова была возложена задача не только поддерживать связь с Большой землей, но регулярно принимать и записывать самые важные сообщения и передачи Московского радио. В отряде выпускалась газета «За Родину», в ней был постоянный раздел «От Советского Информбюро». Для распространения среди населения выпускались листовки.

Но в первую очередь выполнялась главная задача — собиралась информация о дислокации и передвижениях вражеских воинских частей, следующих на фронт и с фронта, их номера, вооружение, состояние, сведения о потерях, о местонахождении аэродромов, складов боеприпасов, строительстве оборонительных сооружений и т. п. Все это было необходимо знать командованию Красной Армии в те дни, когда после возобновления 30 сентября фашистского наступления под кодовым наименованием «Тайфун» началась великая битва под Москвой.

Удачно, в частности, завершилась засада, устроенная партизанами на оживленной клетнянской дороге. Накануне разведчик отряда старший лейтенант И. Починкин получил сведения, что 576-й немецкий отдельный саперный батальон, работавший на участке Варшавского шоссе — главной магистрали, снабжавшей южный участок группы армий «Центр», передислоцируется на новое место. Установлен был и день, когда штаб батальона должен был двинуться в путь. Медведев сразу оценил это сообщение — документы военной строительной части всегда представляют особую ценность, и дал приказ готовиться к операции.

Командовал засадой начальник штаба Староверов. Он же произвел и первый выстрел по шоферу головной машины. При налете было уничтожено около тридцати солдат и офицеров, сожжено несколько машин и мотоциклов. Штаб батальона был полностью разгромлен. Партизаны захватили знамя части, все штабные документы. Они содержали важные секретные сведения о сооружаемых оборонительных объектах и дорожных работах в этой зоне вражеского тыла. Полученная информация была немедленно передана в Москву.

Формы боевых действий партизан по мере роста численности отряда и приобретения опыта, а также налаживания разведки в ближних, а затем и в дальних населенных пунктах множились, развивались. Партизаны научились совершать внезапные налеты на гарнизоны и склады противника, выявлять и уничтожать предателей, бургомистров, старост, полицаев, устраивать засады автоколоннам врага, подрывать мосты и иные объекты, взрывать эшелоны, даже… сбивать низколетящие немецкие самолеты. Опыт не только приобретался — он тщательно изучался, анализировался и обобщался, затем передавался соседям — местным отрядам, с которыми Медведев поддерживал по возможности постоянную связь.

Большое внимание Дмитрий Николаевич уделял изучению фашистской политики на оккупированной территории, экономических и военных мероприятий гитлеровцев. В отряде собирались и классифицировались трофейная документация, аусвайсы, которые выдавались местным жителям, разного рода пропуска, а также удостоверения полицаев, должностных лиц, образчики подписей и печатей оккупационных властей и т. п. Изучался порядок получения документов, устройства на работу, передвижения между населенными пунктами. Эта информация имела первостепенное значение для советских разведчиков, которым предстояло работать во вражеском тылу.

Еще в начале октября отряд получил приказ вывести из строя железную дорогу на участке Кричев — Унеча. Гитлеровцы круглосуточно гнали по ней к фронту эшелоны с живой силой, танками, артиллерией, боеприпасами. Каждый уничтоженный в эти дни эшелон означал серьезную помощь защитникам столицы. Отряд снялся с места. Новый лагерь был разбит вблизи деревни Батаево, расположенной уже на территории Белоруссии. Задание было выполнено: партизаны взорвали два важных моста, пустили под откос эшелон и разрушили в нескольких местах полотно железной дороги. Термин «рельсовая война» тогда еще не употреблялся, но проведение одновременно пяти диверсий на железной дороге по единому плану для медведевцев явилось началом именно настоящей «рельсовой войны», а не просто очередной операции на «железке».

Видимо, поняли это и гитлеровцы: на поиски и уничтожение отряда были брошены каратели. Отныне и до конца пребывания в тылу врага Медведеву придется думать не только о том, как вести свою боевую работу, но и как уходить от упорного и безустанного преследования превосходящих, как правило, сил противника. Достаточно быстро он понял, что гитлеровцы не преследуют партизан вообще, но охотятся именно за отрядом «Митя», боевой почерк которого они уже научились определять. Как и ожидал Медведев, гитлеровцы начали с разведки, с попыток заслать в отряд своих лазутчиков. К этому он был готов. Впоследствии отряд и его командир приобрели большой опыт борьбы с карательными формированиями врага. Чекисты отряда постоянно собирали информацию о разведывательных действиях немцев, изучали деятельность его спецслужб: абвера, СД, тайной полевой полиции (ГФП) и других, выявляли их агентуру, методику подрывной работы и карательных акций.

11 октября отряд понес тяжелую потерю. В Батаево пошла на разведку группа в составе Дмитрия Староверова, капитана Ильи Луковенко и коменданта штаба Ивана Шауры. Фашистов в деревне не было, и партизаны без опаски вошли в дом местной учительницы, которая по их заданию распространяла среди жителей сводки Совинформбюро. Видимо, кто-то навел карателей на разведчиков, потому что внезапно в деревню на большей скорости въехали два грузовика, набитых солдатами.

Начался неравный бой трех храбрецов против взвода автоматчиков, имевших и ручные пулеметы. На предложение сдаться партизаны ответили огнем… Первым был тяжело ранен Староверов, затем две разрывные пули достали Шауру, он потерял сознание. И тогда Староверов приказал Луковенко уходить с Шаурой через прилегающий ко двору овраг к лесу, он же прикроет их огнем из винтовки. Луковенко пробовал протестовать, но Староверов жестко отрезал:

— Приказ есть приказ! Я не привык отдавать его дважды! Не теряй времени, силы у меня на исходе.

Волоча за собой Шауру, по-прежнему не приходящего в сознание, капитан пополз к лесу под прикрытием снайперского огня товарища. Когда кончились винтовочные патроны, Староверов стал стрелять из пистолета. Последнюю пулю он пустил в висок…

Когда в деревне появились медведевцы, они нашли тело раздетого и израненного героя. Его похоронили в лесу, на могилу возложили еловый венок, перевязанный красными лентами. После похорон Медведев объявил, что винтовка погибшего будет вручаться лучшему бойцу отряда. Новым начальником штаба Медведев назначил Сиповича.

Через две недели отряд «Митя» по приказу командования покидал Белоруссию. Перед выступлением у могилы Староверова состоялся митинг. В архиве Д. Н. Медведева сохранилась запись речи, с которой он обратился к бойцам.

— Товарищи партизаны! Последние сообщения Совинформбюро принесли нам печальные известия. Наши части после упорных боев, в которых враг потерял огромное количество живой силы и техники, оставили города Орел и Харьков. Бешеная собака Гитлер, не жалея своих солдат, не обращая внимания на большие потери, решил во что бы то ни стало до наступления зимы взять Москву и Ленинград… План Гитлера на молниеносный успех в войне против СССР провалился… Поэтому он собирает свои последние резервы и бросает их на верную гибель против доблестных защитников наших столиц… Гитлер и его свора распространяют провокационные слухи, а также пишут в своих листовках о том, что Москва и Ленинград пали.

Мы твердо знаем, товарищи, что ни Москва, ни Ленинград не сданы фашистам и сданы им никогда не будут. Мы уверены, что весь советский народ сомкнутым строем, своей мощной грудью станет на защиту нашей красной столицы и колыбели пролетарской революции — города Ленина и никогда не отдаст их на осквернение фашистской нечисти. У этих городов миллионы фашистских злодеев найдут себе могилу…

…Сегодня мы выступаем с вами, товарищи, чтобы пойти ближе к фронту, ближе к нашей родной Москве. Не щадя своей жизни, ударами с тыла мы будем мешать дальнейшему продвижению фашистской сволочи к нашей столице. Ближе к фронту, товарищи!

Поклянемся у могилы нашего боевого друга товарища Староверова не складывать оружия до тех пор, пока наша Родина не будет полностью очищена от фашистских полчищ, посягнувших на нашу свободную, счастливую и радостную жизнь.

…Переход отряда осуществлялся в неспокойной обстановке. Медведев чувствовал, что отряд стал объектом пристального внимания со стороны фашистского командования. Гитлеровцы методично суживали кольцо своих поисков. Партизанское охранение уже не раз замечало в окрестностях подозрительных лиц. Однажды был задержан одетый по-крестьянски, но с внешностью горожанина крепкий старик. На вопрос, что он здесь делает, ответил, что ищет заблудившуюся корову. Вскоре его увидели снова: он разговаривал с одним из новых бойцов, ветеринарным врачом по специальности, Сучковым. Творогов допросил Сучкова. Тот объяснил, что со стариком незнаком, видел впервые, тот, должно быть, узнал от кого-нибудь, что он ветеринар, и подошел к нему посоветоваться, что делать с коровой — перестала давать молоко.

Творогов сделал вид, что поверил этому объяснению, но установил за ветврачом наблюдение. Через день Сучков был задержан при попытке бежать из отряда. При обыске у него нашли документы на другую фамилию. На допросе ветеринар показал, что подослан гитлеровцами с заданием установить численность отряда, вооружение, намерения командования и т. п. Старик, «искавший заблудившуюся корову», был связником. Далее Сучков рассказал, что его завербовал в лагере для военнопленных высокий и худой человек, носивший поверх шинели повязку санитара с красным крестом. Человек этот русский, хотя свободно говорит по-немецки.

Перед уходом из Батаева партизаны совершили налет на районный центр Хотимск. Бой был хорошо спланирован. В город ворвались четыре группы партизан, которых вели проводники из местных жителей, две же группы отрезали Хотимск от основной магистрали. Медведевцы сожгли мост, разгромили телефонную станцию и управу.

Через несколько дней отряд вернулся под Клетню, в лесничество с романтичным названием Красный Дворец, где восстановил старые связи с отрядами Семенова и Глебова. Первой операцией по возвращении стал разгром фашистского аэродрома под городом Мглином. При этом было сожжено несколько самолетов. Ответный удар гитлеровцев последовал через день — 13 ноября. Партизан в лагере в этот момент было около семидесяти, карателей — не менее трехсот.

Отбив несколько ожесточенных атак, партизаны сумели организованно отойти в лес. В этом бою Дмитрии Николаевич, отходивший последним, был дважды контужен. И снова ему спас жизнь Николай Королев.

В этом бою погибло пять партизан. Среди них — политрук Александр Боголюбов, проявивший в последний день своей жизни храбрость и самоотверженность. Каратели цели не достигли. Понеся значительные потери, они вынуждены были прекратить преследование.

Отдохнув два дня в расположении партизанского отряда В. Чичканова (отпочковавшегося от «Мити»), медведевцы двинулись дальше, к линии фронта. Это был, пожалуй, самый тяжелый переход в истории отряда. Однажды шли подряд тридцать три часа… Шли голодные, к тому же кончилась соль. Ели несоленой мороженую конину. Когда кончилась и конина, Медведев разрешил почать неприкосновенный запас — трофейное сливочное масло. Ели его мороженым, тоже без соли и, конечно, без крошки хлеба.

Нужно было оторваться от преследователей, сбить их со следа, прийти к месту новой стоянки незамеченными. И медведевцам это удалось. И снова боевая и разведывательная работа. Из множества населенных пунктов стекалась в отряд, анализировалась, проверялась и по радио отправлялась в Москву информация. Потом произошло чрезвычайное происшествие. Из него следовало, что к отряду снова протянулись щупальца СД.

В лагерь явились два оборванных красноармейца. Сказали, что бежали из плена, просили принять в отряд.

Обычное дело. Их зачислили для начала в хозвзвод. Через некоторое время один из них, Федоров, подошел к Медведеву и попросил разрешения поговорить с ним наедине. В землянке Федоров признался, что в плену его вместе со вторым бойцом Гончаровым завербовал представитель СД и устроил им липовый побег. Задание — проникнуть в отряд Медведева. Что делать потом, он не знает, так как старший — Гончаров. Он, Федоров, дал согласие на вербовку лишь для того, чтобы вырваться из плена и вернуться к своим.