— Дядя, отпустите меня вниз, — попросил Арт. — Я хочу сделать несколько снимков. — С фотографиями придется повременить, — ответил доктор. — Первой нашей задачей будет разобраться с управлением корабля. Как только сможем поднять его, мы отправимся домой.
— Ну конечно… — согласился Арт. — Значит, никаких фотографий?
— Давай договоримся так. Нам с Россом и Морри, вероятно, потребуется некоторое время, чтобы понять, как тут что действует. Минут на двадцать мы могли бы тебя отпустить. А сейчас за работу. Давай, Росс. Кстати, как там наш пленный?
— А, этот… — ответил Морри. — Мы связали его и оставили в «джипе».
— Что? А если он сумеет развязаться? Он сможет угнать ракету!
— Ничего не выйдет. Я сам его связывал и, поверьте, приложил все свое умение. В любом случае он не убежит — куда ему деваться без скафандра и пищи? Парень знает, что без нас он до старости не доживет, так что не станет вытворять глупостей.
— Точно, дядя, — подтвердил Арт. — Вы бы послушали, что он нам наобещал!
— Могу представить, — отозвался Каргрейвз. — Пойдем, Росс.
Морри продолжал возиться с нацистом, Арт стоял рядом, готовый в любой момент сменить его. Через несколько минут Каргрейвз и Росс вернулись в салон.
— Ну что, ожил наш покойничек? — спросил доктор.
— Пока нет. Может, бросить его?
— Я сменю тебя. Иногда приходится делать искусственное дыхание целый час и даже дольше. А вы вдвоем возьмите запасной скафандр, отправляйтесь к «джипу» и приведите сюда сержанта — как бишь его. Мы с Россом так и не смогли разобраться в управлении, — признался он. — Тот остолоп-сержант пилот, и мы должны вытянуть из него все, что он знает.
Лежащий на полу мужчина застонал, и доктор принялся массировать его с удвоенной энергией. Морри, подошедший было к люку, вернулся назад.
— Давай отправляйся, — велел ему Каргрейвз. — Мы с Россом управимся сами. Мужчина пошевелился и закряхтел. Каргрейвз перевернул его. Веки задрожали, открылись ярко-голубые глаза. Нацист уставился на Каргрейвза.
— Как поживаете, сэр? — спросил он, словно актер, изображающий истинного англичанина. — Можно мне встать?
Доктор отодвинулся и позволил ему подняться, но помогать не стал.
Мужчина осмотрелся. Росс стоял молча, направив на него ствол винтовки.
— Уберите оружие, — попросил пленник. Росс посмотрел на доктора, но винтовку не опустил. Мужчина повернулся к Каргрейвзу.
— С кем имею честь? — спросил он. — Вы капитан Каргрейвз с корабля «Галилей»?
— Точно. А вы кто такой?
— Гельмут фон Гартвик, подполковник особого подразделения, — звание у него прозвучало как «поковник».
— Ну что ж, Гельмут, надеюсь, вы нам кое-что объясните. Что здесь происходит?
Подполковник самоуверенно рассмеялся.
— Ну, старина, мне слишком многое пришлось бы рассказать, не так ли?
Похоже, вы сумели улизнуть от нас, и теперь преимущество на вашей стороне. Я готов это признать.
— Еще бы! Но я спрашиваю вас не о том, — Каргрейвз задумался. Стоявший перед ним нацист каким-то образом сумел обвести его вокруг пальца: он вовсе не выглядел человеком, только что очнувшимся от обморока. Скорее всего, он притворялся. Если так, то долго ли?
Ладно, не в этом дело, решил доктор. В конце концов, он у нас в плену.
— Зачем вы приказали разбомбить наш корабль?
— Я? Слушайте, старина, почему вы решили, что приказ отдавал я?
— Потому что я узнаю ваш идиотский акцент, который мы слышали по радио. Тогда вы назвались капитаном Джеймсом Брауном. Сомневаюсь, что среди ваших гангстеров найдется хотя бы еще один псевдоангличанин.