— Никаких сомнений! Вы, ребята, очень быстро изучили азы ядерной физики. Но ваших знаний недостаточно. Я ведь не раскрыл вам основных принципов работы двигателя!
— Мы сможем приобрести лицензию на ваш патент, обойдясь без вашего согласия, — вмешался Росс. — На это уйдет некоторое время, но мы все же отправимся на Луну!
— Может быть… если найдете физика-ядерщика, который согласится рискнуть. Но я в этом не участвую. Послушайте меня, ребята. Неважно, высокая у меня температура или нет. Сейчас я способен мыслить здраво впервые с тех пор, как получил удар по черепу на вашем полигоне, и хотел бы разъяснить кое-что. Нам пора кончать, но я не хочу, чтобы вы обижались на меня.
— Что вы хотите сказать своим «получил по черепу»?
Каргрейвз заговорил сухо и деловито.
— После того как мы осмотрели все вокруг и ничего не нашли, я понял, что «несчастный случай» был вовсе не случаем. Кто-то ударил меня, скорее всего, кастетом; для чего — не имею ни малейшего представления. Я должен был догадаться, когда мы впервые обнаружили следы непрошеных гостей. Но мне было трудно поверить, что все настолько серьезно, — до вчерашнего дня. Идти на риск и разыгрывать из себя федерального инспектора стал бы лишь тот, кто ведет крупную игру и готов на все. Я уже давно думаю о нем, но до сих пор никак не соображу, кому это могло понадобиться. И мне даже в голову не приходило, что кто-то захочет убить нас.
— Так вы считаете, что он хотел покончить с нами? — спросил Росс.
— Очевидно! Ведь именно фальшивый инспектор подложил бомбу!
— Может, он замышлял взорвать ракету?
— Зачем?
— Ну, — сказал Арт, — может быть, он и те, кто стоит за ним, рассчитывали на вознаграждение?
— Уничтожив наш корабль, они не получили бы никакого вознаграждения.
— Зато нас обставили бы конкуренты.
— Возможно. Звучит не слишком правдоподобно, но в качестве версии годится. Однако нас не должны волновать их мотивы. Кто-то хочет нас прикончить, и желает сделать это во что бы то ни стало. Мы живем здесь в полном уединении. Сумей я окружить территорию цепью охранников, мы могли бы чего-нибудь добиться. Но такой возможности у нас нет. И я не могу позволить, чтобы вас, ребята, подстрелили или взорвали. Я отвечаю за вас перед вашими родными.
Арт набычился: лицо Морри, наоборот, сохраняло бесстрастное выражение. Помолчав, он произнес:
— Если вам больше нечего сказать, то я предлагаю поужинать и завалиться спать. Завтра поговорим. — Прекрасно.
— Подождите, — Росс поднялся на ноги и ухватился за спинку стула, чтобы сохранить равновесие.
— Где вы, док?
— Я здесь, слева.
— Отлично. Я тоже хотел бы кое-что сообщить. Я лечу на Луну, в любом случае — с вами или без вас. Я полечу туда, даже если мои глаза отказали навсегда. Я полечу туда, даже если Морри и Арту придется нести меня на руках. А вы поступайте, как вам угодно. Но я удивляюсь вам, док, продолжал он. — Вы боитесь ответственности, верно? Так?
— Да, Росс, ты прав. — Но вы же готовы были взять ее на себя, когда мы задумывали полет. Между тем он намного опаснее, чем что бы то ни было. Правильно?
Каргрейвз закусил губу.
— Тут совершенно другое дело.
— Другое? Ну, так я объясню вам разницу. Если при старте произойдет взрыв, то девять шансов из десяти, что мы погибнем все вместе. В таком случае вам не придется объясняться с нашими родителями. Вот в чем разница!
— Росс, послушай…
— И не надо всяких «Росс, послушай»! А если все произошло бы на Луне? Как бы вы тогда тешили свою совесть? Док, я удивляюсь вам. Если вы и дальше будете терять самообладание по пустякам, то я голосую за назначение капитаном Мориса.
— Ладно, хватит, Росс, — спокойно сказал Морри.
— Хорошо, я кончил, — ответил тот.
Воцарилась гнетущая тишина. Наконец ее нарушил Морри.
— Арт, давай-ка займемся стряпней. А потом примемся за учебу.