Коуберн улыбнулся, но ничего не ответил. Джоан пробурчала про себя что-то насчет трусливых зайцев. Коуберн обратился к Хаксли:
— А знаешь; Фил, предложение старика насчет отпуска было не таким уж дурацким. Мне и самому отпуск не помешал бы.
— Ты серьезно?
— Ну да, более или менее. Я живу здесь уже семь лет, а штата еще не знаю по-настоящему. Мне бы хотелось поехать куда глаза глядят. Можно махнуть через Сакраменто на север Калифорнии. Говорят, там чудесно. А на обратном пути можно заехать в Хай-Сьерры и в Бит Триз.
— Звучит заманчиво.
— Возьми с собой записи, по пути мы их обсудим. А если тебе понадобится что-то дописать, остановимся и подождем.
Хаксли протянул руку.
— Идет, Бен. Когда выезжаем?
— Как только закончится семестр.
— Значит, мы сможем выехать в пятницу вечером. Чью машину возьмем, твою или мою?
— Мою, двухместную. У нее большой багажник. Джоан, которая с интересом прислушивалась к разговору, вмешалась:
— Почему твою, Бен? В двухместной машине неудобно втроем.
— Втроем? Почему втроем? Ты не едешь, светлоглазка!
— Да? Это только ты так думаешь! Вы от меня так легко от отделаетесь: я подопытный кролик.
— Но, Джоан, это чисто мужское дело.
— А меня, значит, под зад коленом?
— Джоан, мы этого не говорили. Но будет ужасно неприлично, если ты станешь шататься повсюду с двумя мужчинами…
— Трусы! Слюнтяи! Ханжи! Боитесь за свою репутацию.
— Вовсе нет. За твою боимся.
— Неубедительно. Если девушка живет одна, у нее нет никакой репутации. Пусть она чище куска туалетного мыла, все равно сплетники разберут ее по косточкам. Чего вы испугались? Мы же не будем выезжать за границы штата…
Бен с Филом переглянулись: так глядят друг на друга мужчины, когда неразумная женщина настаивает на своем.
— Джоан, осторожнее!
Большой красный автобус из Санта-Фе вывернул из-за поворота навстречу и промчался мимо. Джоан, обогнав на своей полосе бензовоз и трейлер, обернулась к Хаксли, сидевшему на заднем сиденье.
— В чем дело, фил?
— Да мы бы разбились в лепешку, если бы столкнулись с двадцатитонным подвижным составом из Санта-Фе!
— Не нужно нервничать; я вожу машину с шестнадцати лет и еще ни разу не попадала в аварию.
— Ничего удивительного — первая же твоя авария будет и последней. Слушай, неужели ты не можешь глядеть на дорогу? Я ведь не слишком много прошу, верно?
— Мне вовсе не обязательно смотреть на дорогу. Гляди. — Она развернулась к нему лицом: глаза были плотно закрыты. Стрелка спидометра показывала девяносто миль в час.
— Джоан! Прошу тебя!
Она открыла глаза и отвернулась.