Вокруг него уже начал складываться кружок местной художественной интеллигенции, в который входили артисты и музыканты Мадрахим Шерази, Сафо Мугани, Матюсуф Харратов, Мутриби Хароби, Джуманияз-сурнайчи, Курбан-сазчи. Эта группа энтузиастов составила костяк, на основе которого впоследствии в Хиве был возрождён театр.
Особенно близко сошёлся Хамза с Шерази и с Харратовым.
Вместе они начали искать рукописи "макомов".
Между тем в Хорезме происходили довольно странные события. Боевые кадры первых лет революции, поднявшие народ на борьбу с ханом и одержавшие победу, давно уже разъехались по Туркестанскому краю - передавать свой революционный опыт в других местах. В руководстве республики оказалось много случайных людей. Но самое непонятное заключалось даже не в этом.
Со времён мировой войны в Хорезме содержалась большая группа пленных турецких офицеров. Неизвестно, когда и кто отдал распоряжение, позволявшее пленным свободно передвигаться по улицам.
Но было доподлинно известно, что по инициативе наркома просвещения всем пленным офицерам было предложено работать в местных школах. (Якобы для того, чтобы самим кормить себя, а не находиться на иждивении государства.) Турецкие офицеры, люди в основном хорошо образованные, практически преподавали все предметы, начиная от математики и кончая физкультурой.
Но, как говорится, и не в этом ещё состоял главный фокус. При ближайшем рассмотрении дело приобретало совершенно неожиданный и отчасти зловещий оборот.
Хамза был поражён, когда в один из первых дней своей жизни в Хорезме встретил на улице большую колонну местных юношей-подростков, которую строевым шагом вели через город два турецких офицера в военной форме (только что без погон), громко отдавая турецкие военные команды.
Через неделю он шёл мимо здания одной школы. На школьном дворе были построены шеренгой старшеклассники. Человек в военной турецкой форме (только что без погон) показывал ребятам приёмы штыкового боя... Потом начались занятия по строевой подготовке.
- Ас ол!! - зычно звучала команда.
Шеренга замирала по стойке "смирно".
- Согап Чарх!!
Шеренга послушно поворачивалась направо, налево...
- Илари арш!!
Школьники, агрессивно топая, начинали строевой марш.
Классическая турецкая военная муштра была представлена в лучшем виде.
А в самом центре школьного двора с группой турецких военных (только что без погон) стоял народный комиссар просвещения республики Абдурахман Шавкат и, хохоча во всё горло, разговаривал с пленными то по-турецки, то по-английски...
Да, это было весьма странное зрелище.
Турецкое военное засилье продолжало увеличиваться. Дело дошло до того, что Шавкат назначил одного из пленных офицеров директором школы. Группа служащих Наркомпроса потребовала собрать общее собрание, на котором был поставлен этот вопрос.
Собрание приняло резолюцию, осудившую действия наркома.
Хамза голосовал за резолюцию. Шавкат решение собрания проигнорировал.
Через два дня Шавкат вызвал Хамзу к себе.
- Вы, кажется, написали новую пьесу? - спросил он.
- Да, написал.
- Как называется?
- "Хивинская революция".
- Что за идиотское название? Разве у нас в каждом городе была своя отдельная революция?
- Это иносказание, художественный образ.
- По моим сведениям, вы начали репетиции. Кто вам разрешил делать это?
- Пьесу репетирует кружок любителей.