Хамза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

"Хорошая мысль, - отметил про себя Алчинбек. - Опять он прав. И тем опаснее".

- Газели Навои, против которых выступает профессор Шавкат, - откинул назад голову Урфон, делая вид, что не понял слов Хамзы, - написаны в пятнадцатом веке. Они наполнены средневековыми предрассудками. Наш современник ничего не поймёт в них, если мы издадим сейчас книгу Навои.

- А вы собираетесь вообще что-либо издавать? - повернулся Хамза к Алчинбеку. - В последнее время на прилавках книжных магазинов не появилось ни одной художественной книги.

- По вполне понятной причине, - улыбнулся товарищ Назири, - готовится новый алфавит.

- Сколько же может это продолжаться? - покачал головой Хамза. - Если профессор Шавкат по-прежнему останется во главе комитета по новому алфавиту, наши внуки вырастут неграмотными.

Алчинбек деланно засмеялся.

- Ничего, ничего, потерпите, - сказал он, снимая очки и протирая их байковой тряпочкой. - Идёт работа огромной государственной важности - целый народ получает новую письменность...

- Не по этой ли причине вы хотите вернуть мне на доработку мою рукопись? Я вижу, что она уже лежит у вас на столе.

- Отчасти и по этой. Но только отчасти. Главная причина - литературная сторона дела... Я прочитал... все ваши пьесы, дорогой Хамзахон. И надо сказать, что по содержанию все они очень понравились мне. Собственно говоря, я их знаю давно и всегда был поклонником вашего драматургического таланта. "Бай и батрак" - замечательная вещь. "Проделки Майсары" - прекрасно! "Трагедия Ферганы" - сущая правда... Мы их все издадим большой книгой, вы станете богатым, как бывший бухарский эмир...

- Для чего же тогда доработка?

- Когда актёры произносят со сцены ваши слова, они добавляют к ним свою индивидуальность, мастерство игры и так далее... Но когда эти же слова написаны на бумаге, они выглядят совсем по-другому... Вам нужно поработать над языком, Хамзахон. Тем более что в связи с подготовкой нового алфавита у вас есть ещё время...

- Вы считаете себя более опытным литератором, чем я, товарищ Назири?

- Моё мнение совпадает с мнениями рецензентов, товарищ Ниязи.

- И у профессора Шавката, заведующего издательским подотделом, наверное, тоже такое же мнение? - горькая ирония звучала в словах Хамзы.

- Мне уже опасно вообще критиковать вас, - нехотя отозвался Шавкат. - Вы сразу же начнёте говорить, что я свожу с вами счёты за Хорезм...

- Молчали бы уж про Хорезм, - вздохнул Хамза. - Неужели совесть позволяет забыть о том, как вы преследовали меня в Хорезме?

- Это вы не давали мне там житья!

- Но вы-то были в Хорезме наркомом просвещения, а я - рядовым работником, вашим подчиненным!.. И, пользуясь своим положением наркома, потеряв последние остатки совести, вы ставили мне капканы на каждом шагу, рыли волчьи ямы...

- Вы болтаете, как вздорная старуха! - вскочил с места Шавкат.

- Друзья, друзья! - раскинул в стороны руки Алчинбек, как бы желая удержать спорящих от прямого физического столкновения, - к чему эти страсти?.. Ведь мы же коммунисты, мы дети одной нации!..

- Всё можно отмыть, Шавкат, кроме грязной совести! - запальчиво, чувствуя, что перестаёт владеть собой, крикнул Хамза.

- Базарный трибун! - заорал Шавкат. - Иди выступать со своей красоткой на рынок!

- За это получишь по морде! - взорвался Хамза.

- Таван! Скорпион! - надрывался Шавкат.

Хамзу передёрнуло. Пустота заледенела в груди.

Он медленно повернулся к Алчинбеку.

Только он один, Алчинбек, мог помнить это слово, которое ещё в Коканде пытались приклеить к нему, Хамзе, прихвостни Садыкджана после того знаменитого приёма, на котором Миркамилбай Муминбаев, обезумевший от коньяка и стихов о зякете, швырнул в него пустую бутылку...

Но оно не приклеилось...

И вот теперь здесь, в Самарканде, Алчинбек вспомнил о нём.

Для кого? Для этих подонков Шавката и Урфона?