Анна. Как у соловья, господин... господин...
Потц. Школьный советник, с вашего позволения.
Анна. А вам бы хотелось быть женатым на соловьихе?
Потц. Я считаю, что вряд ли следует так буквально понимать столь популярное народное сравнение.
Анна. А как еще можно это понимать?
Потц. В переносном смысле. Так сказать, в общем смысле.
Анна. Алоис, пойдем.
Алоис. Да, Анна.
Потц. Алоис!
Алоис. Но если Анна не хочет, господин школьный советник.
Потц. Анна волнуется перед дебютом. Не правда ли, госпожа Грюбель?
Анна. Я думаю, мы-то с вами понимаем друг друга.
Потц. Я надеюсь, госпожа Грюбель.
Анна. Сначала из моего Алоиса сделали кроликовода, а теперь его приучают к пению. Как господам будет угодно.
Потц. Но голос, госпожа Грюбель...
Анна. Память человеческая должна быть как сито, а не такой подвал в голове, в котором все остается навечно.
Потц. Но голос, госпожа Грюбель...
Анна. Да, я знаю, он должен петь соло для того, чтоб каждый вспомнил, что с ним случилось!
Потц. Госпожа Грюбель, как раз чудо этого голоса заставляет нас забывать обо всем земном. Не правда ли, Алоис?
Алоис. Я понимаю вас, господин школьный советник.
Потц. Вы действительно не верите в то, что музыка имеет власть над людьми?
Анна. Плевала я на музыку.
Потц. Госпожа Грюбель, весьма сожалею, но я должен прямо вам сказать: возможно, вы просто немузыкальны. Или (быстро) ...вы опять пьяны.
Анна. Алоис, ты идешь, наконец?
Потц. Но, госпожа Грюбель... праздник... все уже подготовлено. Соло является кульминационным пунктом...
Машник (докладывает из глубины сцены). Прибыл земельный советник.
Потц. Земельный советник, госпожа Грюбель.
Анна. Алоис!
Машник. Господин бургомистр.
Потц. Господин бургомистр!