Потц. Если бы у нас были позиции...
Горбах. Но у нас их нет...
Потц. А это уж не моя вина...
Шмидт (возбужденно). И вы могли бы пожертвовать королевскими гробницами?
Потц. С полным удовольствием!
Шмидт. Раз и навсегда уничтожили бы возможность доказать, что древнегерманские поселения существовали еще во времена ранних кельтов?
Потц. Кому и что вы сможете доказать, если мы проиграем войну?
Шмидт. Потомкам, уважаемый коллега.
Д-р Церлебек. Может быть, господа, вы соблаговолите, наконец, заняться современностью?
Горбах. Исходя из сложившейся обстановки, я приказываю отступить к Церковной скале.
Шмидт. Вы абсолютно правы. Оставшиеся в нашем распоряжении силы мы расположим с двух сторон на высотах Церковной скалы. И когда противник приблизится...
Горбах. Мы обрушим на него огонь нашей артиллерии...
Шмидт. Сокрушительный, сметающий все огненный шквал. Я мог бы вам продемонстрировать всю эту операцию на доске... если вы снимете с меня эти идиотские веревки.
Горбах. Машник, немедленно освободите господина школьного советника. (Д-ру Церлебеку, занятому изучением окрестностей.) Вы согласны со мной, господин доктор? Господин Шмидт может быть нам крайне полезен. В конце концов он специалист в вопросах ведения военных операций.
Д-р Церлебек. Поступайте по своему усмотрению. Вы несете ответственность...
Потц. Но это же безответственный поступок!
Горбах. А вот вы, вы... (Не находит слов.) Ваше дело подчиняться... Понятно? Так!.. Господин школьный советник... сейчас вам станет легче... немножко подвигайтесь, и вы сразу почувствуете себя совершенно иначе. Пойдемте.
Шмидт. Разрешите мне дать пояснения и продемонстрировать на доске, что я имею в виду... Смотрите, вот здесь у нас Церковная гора, а здесь шоссе...
Горбах. Прекрасно, но давайте лучше рассмотрим ваш план in natura[5]. Пойдемте... Используем наш командный пункт с таким роскошным кругозором. Прошу и вас сюда, господин Потц!
Энергично ведет Потца и Шмидта в глубину сцены. Доктор Церлебек, обозревающий панораму, при появлении стратегов отходит в сторону. Он демонстративно показывает, что не хочет иметь ничего общего с распоряжениями Горбаха.
Господа могут отойти глубже, чтобы их не было видно.
Доктор Церлебек проходит мимо Машника.
Машник. Почтение, господин доктор! Прекрасный вид отсюда.
Д-р Церлебек. Не забывайтесь! Мы все еще в тисках.
Машник. Так точно, господин доктор. (Отходит к телефону.)
Доктор Церлебек, наконец, обнаруживает Алоиса, который с момента появления доктора на Дубовой горе все время поворачивается к нему спиной. Он усердно занимается стрижкой Марии.
Д-р Церлебек. Поглядите-ка, Алоис стал дамским мастером.
Алоис (поворачивается к д-ру Церлебеку, говорит быстро и боязливо). Я должен извиниться, господин доктор, я хотел прийти на проверку, но господин крейслейтер сказал, что прежде всего мы должны защищать город.
Д-р Церлебек. А вообще как самочувствие? (Вынимает записную книжку.)
Алоис (быстро). Все в порядке, господин доктор.
[5] В натуре (лат.).