— Я с вами, — сказала она, — я всё слышала.
— На экране серая мгла, — пискнул Вальтер.
Комиссар поспешно вскочил, уступая Марусе свой ящик.
Сергей смотрел на неё, не зная, радоваться или огорчаться. Он был уверен, что телефонный разговор навсегда рассорил их. И вот…
— По-моему, тебя не звали, — буркнул он и отвернулся.
Гордая Нарыкова даже бровью не повела. Видно, тоже поняла кое-что за это время.
— Неважно. Я сама. Мы же товарищи…
— Товарищи? А я и не знал… И давно?
Комиссар взял Сергея за плечо.
— Послушай, это не по-мужски.
— Вы же ничего не знаете, она…
— Не имеет значения, — перебил комиссар, — идёмте.
Они поднялись на пятый этаж, и Вальтер решительно позвонил в квартиру Ефимовых.
— Кто там? — спросил за дверью Вадим, разглядывая их в глазок.
— Ты же нас видишь, — сказал Сергей. — Выйди, поговорить надо.
— Не выйду, — сказали за дверью, — ты драться будешь.
— Не буду, успокойся.
— А зачем тогда бородатого мужика приволок? Хочешь выманить, а сам…
Маруся не выдержала, подошла ближе.
— Ефимов, не бойся. Мы только поговорить с тобой хотим.
— Ого! И Нарыкова здесь? — словно бы обрадовался Вадим. — Культурненько обставили, нечего сказать. И Быков? Вся шайка-лейка собралась! Суд Линча хотите устроить? Ничего у вас не выйдет, привет!
Было слышно, как он, нарочно топая, прошёл в комнату и захлопнул дверь.
Комиссар в удивлении поскрёб бороду:
— Н-да-а… Вы предупреждали меня, что мальчик не Евпатий Коловрат, но так откровенно трусить просто неприлично.
— Пойдёмте отсюда, — сказала Маруся, — противно.
Сергей в сердцах стукнул кулаком по двери Ефимовых.
— Ну нет. Я заставлю его выйти! У кого есть спички?
Виктор Львович достал коробок, протянул Сергею.
— Только без глупостей, слышишь?
Сергей вытащил спичку и вставил её в звонок. В квартире раздался непрерывный пронзительный вой.