— Отсрочка?
— Ноль.
Мир потемнел.
…Вдох и выдох. Леир моргнул и тут же несказанно удивился этому. Разве он не?..
— Как ты там, парень?
Знакомый голос дразнил Леира неузнаванием лишь малую долю вдоха. «Это же инструктор, — вспомнил он. — Перед очередным сеансом имитационных тренировок он давал мне… Тренировки. Ну конечно».
— Грах!
— Раз ругаешься, — бодренько заключил инструктор, — значит, в порядке. Вылазь, гроза вихалов, будем разбирать твои… полёты.
Выбравшись наружу, Леир обнаружил рядом с инструктором капитана Зилена. Это смутило его… и разозлило, хотя злости он постарался не показать.
— Разрешите вопрос?
— Разрешаю.
Глаза Зилена и инструктора-старожила смеялись, но лица были серьёзны.
— Тест на неожиданность входит в программу подготовки всех мобильных пехотинцев или это — ещё одно нововведение?
Капитан хмыкнул.
— Догадливый парень, это факт. Может, ты даже знаешь ответ на собственный вопрос?
— Три к четырём, что этот тест придуман до вас. Надо же как-то выявлять наиболее подходящую для каждого роль в четвёрке, а нестандартные обстоятельства сделают это лучше любых иных проверок. И семь к восьми, что вы модифицировали тест.
Зилен с инструктором переглянулись.
— Хорошо соображает.
— И не просто так, а в стрессовой ситуации.
— Подойдёт. Рядовой, — смерив Леира взглядом, капитан отсалютовал и удалился, шагая стремительно и целеустремлённо.
— Поздравляю, парень, — сказал инструктор. — Тебя заметили.
— И что это значит?
— Лично для тебя это значит, что придётся учиться вдвое интенсивнее. — Инструктор хищно ухмыльнулся и добавил: — Поздравляю.
— Угу. Большое вам спасибо.
— Не за что, парень. Не за что.
Хотя Леир усиленно изображал недовольство, а инструктор ему подыгрывал, оба они отлично знали: рядовой польщён. А то, что работать действительно придётся самое малое вдвое… Ну, должна же гордость чем-то отличаться от пустой спеси! Гордость всегда имеет причины.
— Я получила и просмотрела запрошенные файлы.
— Ну и как?
— Ответ — нет. Ваша циклическая депрессия не естественна.
Сарина и Мич сидели в кабинете последней. Вернее, сидела, привычно уставившись сквозь экран компакта, Сарина, а генерал полулежала в глубоком и мягком кресле для вибромассажа, позаимствованном на время из хозяйства главврача.