Пирамида: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Этот обормот до сих пор спит в одной комнате с сестрой! Какая гадость! А ей ведь не скажешь! Ей ничего не скажешь! И чего они дожидаются?

Озноб, как живой, прополз по моей коже. Я молчал, ждал, смотрел на темную фотографию молодого человека, вечно глядевшего мимо меня, переводил взгляд на темную даму в пальто и шляпе. Но вот Пружинка увидела мои ноги. Поднимала, поднимала глаза, пока не добралась до лица. Вдруг узнала меня.

— А-а, Ктотэм, старина! Чего же ты ждешь? Начинай играть!

4

В следующей раз неся Мэри лекарство и против всякой вероятности надеясь прошмыгнуть во двор мимо музыкальной комнаты незаметно для Пружинки, я на цыпочках одолел прихожую, открыл дверь во двор и угодил прямо в семейный ураган. Мэри, стоя против Пружинки, обороняла кухонную дверь. Генри стоял ко мне спиной — очень широкой в пальто.

Вдруг Пружинка заорала:

— Я не желаю терпеть его в своем доме!

Генри, сохраняя спокойствие, поднял обе руки — утишая, увещевая.

— Понимаете, тетя Сис, у Мэри болит голова...

— А у меня что — голова не болит?

— Джеки мой сын, мой, я ему хозяйка! Вам-то какое дело?

— Мэри, ты так не разговаривай с тетей Сис!

— Убирайтесь все вон — слышите! Вон из моего дома!

Тут они заметили меня. Я подошел, спотыкаясь на плитках, отдал пузырек. Мэри, одной рукой поправляя рассыпавшиеся волосы, другой потянулась к лекарству.

— Спасибочки.

Я побежал прочь, как маленький, не чуя под собою ног.

Никуда они, конечно, не убрались. Через неделю отношения Мэри с Пружинкой опять стали сахарными. Потом был еще скандал, и еще. Они все не уезжали. В путанице ли моих снов или когда спала на органном сиденье, она стонала: «О Генри, Генри, милый! Я-то, как же я-то теперь?»

Собственная моя музыкальная будущность решилась сама, при моем весьма вялом сопротивлении. Профессионалом мне, положим, не стать, но почему бы не подготовиться к экзаменам по фортепиано. Когда я наконец решил изложить эти соображенья Пружинке, она посидела немного, потом расхохоталась, просияв золотыми зубами.

— Смотри, Ктотэм, ой смотри!

— Нет, но я правда хочу, мисс Долиш.

Пружинка тряслась на органном сиденье.

— А нервы у тебя выдержат?

— Я хочу получить диплом.

— Что говорит твой отец?

— Он — за, если это не помешает моим основным занятиям.

— Начинать придется с азов. Ты бренчишь понемножку, ведь правда?

— Да, мисс Долиш.

Пружинка склонилась к роялю. Вытянула пыльные потрепанные ноты из груды, полистала, поставила на пюпитр и начала играть. Кончив, зажгла сигарету.

— Ну вот. Теперь ты знаешь, на что идешь.

Очень хочется думать, что мою нечленораздельность она приписала восторгу. На самом деле я был изумлен. То, что она играла, было экспромтом Шопена. Я слушал его накануне в исполненье Корто.