Он пожал плечами, не ответил. Я перестал смотреть на Дональда, отвернулся от-окна и сказал:
— Есть ли шансы вернуть что-нибудь из украденного?
— Очень небольшие. Когда речь идет об антиквариате, вещи сразу оказываются где-нибудь на полпути к Америке… В последние годы совершены сотни подобных ограблений. Мало что удалось вернуть.
— Воры-знатоки?
— Судя по отчетам тюремных библиотек, больше всего читают книги по антиквариату. Грызут науку голубчики…
— Хотите кофе? — предложил я.
Посмотрел на часы, поднял брови, но согласился. Пока возился с чашками, он сидел на табуретке — человек лет сорока в поношенном костюме, с редкими светлыми волосами.
— Вы женаты? — спросил он.
— Нет.
— Влюблены были в миссис Стюарт?
— Все варианты проверяете?
— Не спросишь — не узнаешь.
Я поставил на стол сахарницу, бутылку с молоком, чашки с кофе.
— Когда навещали их в последний раз?
— В марте. Еще до отъезда в Австралию.
— В Австралию?
— Да, ездили познакомиться с местным виноделием. Дональд задумал привезти оттуда большую партию вин. Они пробыли месяца три, не меньше. Почему не ограбили тогда?
Он уловил горечь в моих словах.
— Ирония судьбы. — Отважно приблизил губы к горячему кофе, потом раздумал и тихонько подул поверх чашки. — Что делали бы сегодня, будь все нормально?
— Мы всегда ходим на бега, когда я приезжаю.
— Они любили бега?
«Любили» — прошедшее время резануло слух. Да, многое уже ушло в прошлое.
— Мне кажется, они туда ходили из-за меня.
Он сделал осторожный глоток. — В каком смысле?
— Дело в том, что я рисую лошадей.
Через заднюю дверь вошел Дональд. Измученный, глаза покраснели.
— Представители прессы делают дырку в заборе, — безразлично произнес он.
Инспектор скрипнул зубами, встал, распахнул дверь в холл и громко крикнул:
— Репортеры хотят проникнуть в сад!
Издалека донеслось: