Дав отбой, известный бизнесмен, кстати, главный конкурент отца Артема Беликова, в полицию звонить даже и не собирался. Ни к чему лишний раз светиться. Он решил, что двух-трех его вооруженных и хорошо обученных парней будет вполне достаточно для разборок с одним-единственным умалишенным. Да и собачек парочку прихватить не помешает. Пусть лапки разомнут…
Спустя пять минут, сопровождаемый джипом охраны, его черный «бентли» уже мчал по улицам Иркутска.
— В дом пока не входите, — велел Зуев женщинам, и те снова закивали. Жена выглядела особенно напуганной.
— Сынок, — с заискивающей улыбкой спросила-таки мать, — чей это дом?
— Мой.
— Как же твой? — удивилась мать.
— Купил я его! — Николай обнял родительницу за плечи. — Ты, мамаша, не боись, все хорошо будет!
— Ага, хорошо… — Женщина все-таки оттаивала. — А деньги откель? Это ж все какие тыщи-то стоит?
— А вкалывал я по две смены что ли зря? — возмутился Зуев, но тут же и сам понял, что, работая на самосвале хоть сто лет по три смены, такого особняка в России не купить, — Так еще я в лотерею пять лимонов выиграл!
— Пять лимонов! — восторженно повторил старший, Петр.
— Зеленых! — уточнил младший, Павел, но взрослые их не слушали.
— В какую такую лотерею? — подала наконец голос жена. — Мы и билетиков не покупали!
— Сам купил, да вам не сказал. Хотел сюрприз сделать!
— Папа, а нам во дворе поиграть можно? — спросил Петька, обиженный всеобщим невниманием.
— Играйте.
— А у фонтана? — уточнил Пашка.
— И у фонтана можно, только за ворота не выходите, не то высеку. Ясно?
— Ясно! — закричали мальчишки, убегая к фонтану. Не больно-то они его боялись. Рукоприкладством их папаша не грешил. Да и женщинам не позволял их пальцем тронуть. Любил пацанов до безумия.
— Я скоро, только с работягами разберусь, — сказал Зуев, поправляя на плече зачехленный дробовик.
Когда он подошел к центральному входу в особняк, десяток таджиков уже выносили свой инструмент и нехитрый скарб. Как это у них принято, жили там же, где работали.
— Я хозяину звонил', — сообщил пожилой бригадир. — Он сказал, что дом не продавал. Сказал, приедет…
— Пусть едет, разберемся.
— Можно, мы вещи пока здесь оставим? — спросил тот, что открывал ворота.
— Нет! — ответил Зуев, и уже через пять минут посторонних на его участке не осталось.
Оружие и боеприпасы Зуев занес в дом в первую очередь, потом привязал собаку к ручке входной двери:
— Сторожить!
И только после этого позвал жену и мать с детьми.
В помещениях второго и третьего этажей отделка была полностью завершена, сантехники тоже закончили свою часть работы. В придачу ко всему третий этаж был уже и меблирован.
Они ходили по особняку, как по Эрмитажу. Впрочем, вряд ли на них, только что лишившихся единственной своей развалюхи, все сокровища династии Романовых произвели бы большее впечатление.
Николай, который тоже впервые переступил порог этого дома, вдохновенно исполнял роль хозяина. Женщины, уже поверившие во все, что он им наплел, только тихо охали. Даже малолетние шалопаи преисполнились величием момента. Притихшие, они жались к ногам матери.