— Укроемся в бане!
Едва Стас это предложил, как тут же увидел, повернув голову, что и баня пылала точно так же, как коттедж. Судя по всему, вскоре должен был загореться и сад, а потом и земля под ногами, как это уже случилось на усадьбе Шамбуева.
В десятке шагов от дома в глубине участка Артем разглядел некую металлическую конструкцию на бетонном основании.
— Что это? — Он указал в ее сторону арбалетом.
— Беседка, — ответил Сергей Кузнечихин. — Я ее достроить не успел.
— Там есть что-то горючее — дерево, пластик?
— Нет, только железо и бетон.
— Отлично, туда!
Через минуту погорельцы оказались в недостроенной беседке.
— Стас, что происходит? — спросила мать сына. — Зачем ты взял отцовское ружье?
— Скоро увидите, тетя Аня, — ответил вместо друга Артем.
А вокруг запылали уже деревья, кусты и даже трава на лужайке у входа в коттедж, и прямо из пламени к беседке стали приближаться гахай-нохой, точь-в-точь такие же, как первый, взорвавшийся от попадания арбалетной стрелы. Друзья переглянулись.
— Будем надеяться, что соль подействует не хуже осины, — пробормотал Стас, вскидывая двустволку и прицеливаясь в ближайшего монстра.
— Стреляй, — подбодрил его Артем, целясь в того, что шел следом, — Устроим им «теплый разговор»!
— Отче наш иже еси на Небесех…
Стас нажал на спуск, и спустя мгновение собаку разорвало в точности как первую. Каменная соль из поселка Тыреть не подвела… Зеленое облачко потянулось в Небеса.
Рядом — новый взрыв, это стрела вонзилась в грудь соседнего монстра. И — новое облачко, на этот раз белое, неторопливо уплывающее вверх…
— Ё-хо! — заорал Стас, — Да святится имя Твое, да придет Царствие Твое на земле, яки на Небе…
— Что происходит, откуда взялись эти твари? — спросил Сергей Кузнечихин, но отвечать времени у парней не было.
Стас уже выстрелил из второго ствола, Артем вкладывал новую стрелу, приговаривая:
— Друзья, я честно говорю, я жизнь прожил не зря!
И снова взрыв.
— Хлеб наш насущный даждь нам днесь, — Стас перезаряжал, — и остави нам долги наши, яки же и мы оставляем должникам нашим…
— Свинья сказала мне «хрю-хрю», а не «хре-хре» и не «хру-хру»…
— И не введи нас в искушение, но избави от лукавого…
— И даже не «хря-хря»!
— Ибо Твое есть Царствие и сила и ныне и присно и во веки веков…
— Аминь, — враз закричали парни, когда предпоследний монстр разорвался, а последний ретировался. Всего они уничтожили восемь гахай-нохоев, хотя никто из них и не думал считать, а проверить возможности теперь не было, то есть еще восемь раз похожие на пар разноцветные дымки поднимались в ночные небеса. Белый, синий, зеленый и пять желтых…
Освобожденные из плена души двух бойцов спецназа, погибших в поселке Олха, вслед за товарищем устремились в Валгаллу, в солдатский рай.
Души еще двух, тяжелораненых, умерших в госпитале, присоединились к ранее погибшим. Всех их ожидало со временем новое рождение в мире людей (трое) и в мире асуров (один).