Проводник в бездну: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А когда началась война, получила от Петра Сидоровича два письма. Да ещё несколько писем от сыновей — оба были на фронте. А потом от всех троих ни весточки…

Жила она в хате одна. Ждала всё-таки добрых вестей, прислушивалась к каждому шороху за окном. Говорят, кто очень ждёт — дождётся. И она дождалась.

Однажды поздним вечером услышала Екатерина Павловна тихий стук, кинулась к окну, а оно заплакано осенней непогодой, не поймёшь, кто стоит за ним. Выбежала в сени.

— Кто?

Может, за дверьми молчали какую-то секунду, но ей показалось — вечность. Потом послышалось:

— Это ты, Катя?

— Пётр? Боже мой!

Загремел засов, Екатерина Павловна припала к мужу:

— Родной мой… Пётр?!

— Я, Катя, моя любимая! Я! Приглашай в хату! Чего ж ты…

Знакомо скрипнули двери, как всегда, скрипнули, Екатерина Павловна пошарила по передку печи, ища зажигалку, которую принёс на днях Гриша. Мальчишка в лесу нашёл, из патрона сделана.

— Не надо света, — попросил Пётр. — Ты одна?

— Одна…

Он осторожно приоткрыл двери, впустил в хату незнакомца.

— Не пугайся, это товарищ мой. — Помолчал. — Вот мы, Ашот, и дома. А поскольку мы действительно дома, то ты вот что, Катя, дай нам горячего чего-нибудь… Не помним, когда и ели горячее…

Екатерина Павловна кинулась к печи, на ощупь вынула горшки и чугунки. По хате поплыл вкусный запах борща.

— Борща, полцарства за миску борща! — грустно пошутил Пётр Сидорович.

Его спутник глухо и хрипло засмеялся.

Пока хозяйка возилась с мисками, Пётр Сидорович успел раздеться.

— Нет, Катерина! Не будем садиться за стол в таких вонючих лохмотьях. Дай нам чистое бельё!

— Хорошо…

Скрипнула крышка сундука, и на гостей повеяло домашним, таким дорогим и любимым — свежим бельём, вальком катанным. Пришедшие с наслаждением переоделись.

— А теперь дай нам, Катя, верхнюю одежду. Мне и Ашоту.

В полутьме примерили, влезли в брюки, пиджаки.

— Теперь мы с тобой, Ашот, просто селяне. Я — полещук, а ты сойдёшь за цыгана.

Ашот тихонько засмеялся. Пётр Сидорович не выдержал:

— Нет, так нельзя, чёрт возьми! Завесь окна, Катя, и засвети! Дай хоть посмотреть на тебя! — Он помолчал, потом произнёс слова, которых мог бы и но говорить сейчас: — Может, и последний раз?

А она ответила:

— Зачем терзаешь мне сердце, Пётр? И так не сердце, а сплошная рана… О сыновьях ничего но слышал?

— До окружения переписывались. Я вон там, на передок печи, положил письма. Почитаешь. А сейчас мы с Ашотом по лесам да болотам бродим — какие там вести… Еле доплелись до родной хаты. А многие окруженцы и не доплелись.