Тринадцатый час ночи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А-а-а! — испуганно завизжал позади него Витька, который не удержал равновесия и просто покатился вниз вместе с лыжами. Жорка инстинктивно обернулся на этот крик, и в этот момент носок правой лыжи ударился о какой-то пенек, почти полностью присыпанный свежим снегом. Крак! — клееная фанера сломалась, крепление слетело с ноги, Тягунова развернуло боком и бросило на снег, а затем по инерции потащило дальше. В общем, зловредная Патрикеевна оказалась права на все сто: и Витька, и Жорка слетели кубарем с крутого склона и очутились на дне оврага. Но это был вовсе не тот овраг, за которым находилась станция…

— И что теперь делать? — спросил Витька. — У меня крепление отломилось…

— А я лыжу сломал! — буркнул Жорка. — Все из-за тебя! Если б ты не заорал, я б на пень не наткнулся! Могли б вообще расшибиться или ноги поломать!

— Так как дальше идти? — проныл Мышкин. — Снегу по колено… Где твоя просека-то?!

— Где-то там, — проворчал Тягунов, махнув рукой куда-то направо, хотя сильно сомневался в собственном утверждении. — Ладно! Короче, бросай лыжи, пойдем так. Тут недалеко, дойдем как-нибудь…

Глава III

КУДА ВЫВЕЛА ПРОСЕКА

Сделав всего несколько шагов, приятели сразу почуяли, почем фунт лиха. Без лыж они утопали в снегу не только по колено, но местами и по пояс. Хорошо еще, что догадались лыжные палки при себе оставить — опираясь на них, было легче выдергивать себя из снега. Но все равно идти, увязая в снегу, — удовольствие еще то. Витьке еще полегче приходилось, потому что он шел по следу — скорее по канаве какой-то, протоптанной Жорой, — а уж тому, головному, все прелести глубокого снега по полной программе доставались. К тому же темень совсем сгустилась — на вытянутую руку ничего не видать!

— Да уж, — простонал Мышкин, — пришли раньше всех, называется! И поездов-то вообще не слышно!

— Не ной, ладно? — свирепо огрызнулся Жора. — Теперь нам главное — дойти хоть куда-нибудь, понял?! Иначе мы тут вообще замерзнем и умрем! Усек?!

— Ага… — вяло отозвался Витек и всхлипнул.

Насчет замерзнуть — тут у него сомнений не было.

В первые минуты после падения в овраг, после двух часов быстрой ходьбы на лыжах холод особо не ощущался. Но когда пошли пешком, сразу почуялся. И хотя под лыжными ботинками у обоих были толстые шерстяные носки, а под лыжными брюками — теплые треники, мороз стал быстро добираться до ног, особенно до пальцев. А вот наверху, там, где под куртками еще и шерстяные свитера были, они аж вспотели. И усталость все больше чувствовалась. Наверно, если б Жора не понимал, что может замерзнуть насмерть, как тот бомж, которого в прошлом году нашли у них во дворе, — он давно бы лег на снег, чтоб передохнуть. Может быть, если б сейчас с ним вместе был кто-то более сильный, смелый и выносливый — например, папа! — Жорка и позволил бы себе немного поныть и полениться. Но папы тут не было, был только неуклюжий и неловкий Колобок. А на него какая надежда? Вот Витька, тот небось только на приятеля сейчас и надеется…

И все-таки усталость свое брала. Жорка чуял, что ноги начинают неметь, а пальцев он почти не чувствует. Тут ему вдруг вспомнилась одна фотография из семейного архива, сделанная много лет назад на пляже где-то в Крыму. Там был изображен Жоркин прадедушка, загоравший в шезлонге. И Жорка, разглядывая фотографию, очень удивился, что у прадедушки нет ни одного пальца на ногах. Когда он спросил маму, почему у ее дедушки такие ноги, мама ответила: «На фронте отморозил, в финскую войну. Валенок им не выдали, и они в сорокаградусный мороз воевали в ботинках с обмотками…»

Конечно, сейчас мороз, наверно, еще и до двадцати не доходит, но Жоре все равно стало страшно. Вдруг и у него все пальцы отмерзнут?!

— Жор, — взмолился Витька, — я не могу больше! Передохнем, а?

— Нельзя! — прорычал Тягунов. — Замерзнем, понял?!

— Ну совсем чуточку! Ноги не идут!

— Нельзя, я сказал! Помереть хочешь?

Тогда Витька заплакал и сел на дно снежной канавы, которую они протоптали.

— Ты что, девчонка, да? — свирепо сказал Жора. — Да и то небось Пирожкова бы на твоем месте выть не стала. А узнала бы, что ты тут нюни распустил, — оборжала бы от и до! Вставай, говорю! А то как тресну палкой! Вставай, слабак!

Но Витька, похоже, вставать не собирался. Наверно, даже если б Тягунов и впрямь его треснул лыжной палкой, толку было бы чуть.

— Ну и оставайся тут! — в сердцах выкрикнул Жора. — Оставайся и замерзай, мне по фигу!

И, отвернувшись от товарища, сделал несколько шагов вперед. Вообще-то сначала он рассчитывал просто припугнуть Колобка. Дескать, не захочет оставаться один — встанет и пойдет. Но поскольку Витька никак не отреагировал и с места не сдвинулся, Тягунов еще больше рассвирепел и решил, что на самом деле уйдет один. Пусть эта размазня замерзает, если есть желание!

Неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы, сделав еще несколько шагов и удалившись от товарища метра на четыре, Жора вдруг не увидел впереди огонек. Маленький такой, красновато-желтый, но четко заметный даже через снегопад.

— Свет! Там свет! — закричал Тягунов, и вот тут-то совсем упавший духом Витек встрепенулся.

— Где? Далеко? — спросил он.

— Нет, совсем близко! — чуть-чуть соврал Жора. — Давай сюда, быстрее!

Мышкин, как мог, заторопился к товарищу. Куда и усталость делась!

— Вижу! — обрадованно завопил он. — Я тоже вижу!

Хотя снег мельче не стал, и идти по нему не стало легче, да и ноги продолжали мерзнуть, они все-таки двинулись вперед побыстрее. Потому что это большая разница: идти в темноте неизвестно куда или стремиться к какой-то цели. Пусть даже толком не ясно, что там, впереди, где горит этот неяркий огонек.