— Завтра ещё раз покопаешься в прошлом Агеевой.
— Вот спасибо, господин хороший, за благословеньице, — дурашливо отозвался Ярослав. — Угораздило же вашу семейку с ней связаться.
— Ты за это зарплату получаешь, так что заканчивай жаловаться.
— Это единственное, что меня утешает, — буркнул тот и отключился.
— А Маришка сейчас где? — наклоняться, чтобы стянуть туфли Ева не рискнула — голова кружилась все сильнее. Осторожно, держась за стенку, девушка прошла гостиную вслед за хозяйкой. Огромная комната с лестницей, ведущей на второй этаж, была освещена только двумя бра, дававшими ровно столько света, чтобы не пропахать носов, споткнувшись через ковер.
— Вообще-то уже почти два часа ночи, так что доня спит. Сейчас что-нибудь съешь и тоже ложись, — Нешка прошла через арочный проход глубь дома, потому голос звучал глухо.
— Нюсь, не надо, — Ева без сил рухнула на диван и вытянула онемевшие ноги. Замерзнуть она не успела, но два перелета за одни сутки сказывались, и ступни сводило судорогой, а голова болела даже от попытки думать.
— В том-то и дело, что надо, — Неша вернулась с чашкой чай и сунула у руки подруге овсяное печенье. — Ты же, скорее всего, не ела весь день. — Дождавшись кивка Евы, продолжила. — Пей, и потопали на второй этаж.
— Как там Света? — подув на горячий напиток и скривившись, потому что не любила чай с мятой, девушка сделала осторожный глоток.
— В шесть часов родила мальчика. Нормальный, здоровенький ребенок. — Агнесса села в кресло напротив и наклонилась, массируя ноющие виски. — Такое впечатление, что я неделю не спала, — призналась она, все ещё не открывая глаз.
— Неш… Завтра дашь мне материалы по тому подростку, о котором ты говорила, я сама его интересы представлять буду.
— Если потому, что я тебе помогла, то не стоит.
— Стоит. И мы обе это знаем. И чего теперь таиться, все равно все скоро узнают, что мы дружим и сотрудничаем, — Ева не столько пила, сколько вдыхала бодрящий аромат и грела ладони о чашку.
— Извини, я не хотела портить тебе карьеру, но по-другому вытащить тебя из страны так быстро не получалось…
— Знаешь, мне плевать. Только идиоты верят, что ты продолжаешь дела мужа. А на их мнение мне ровно, — девушка раздвинула губы в немного вымученной улыбке. — Так что с завтрашнего дня начинаем крупномасштабные действия.
— Мне уже страшно, — усмехнулась Неша, теребя кончик косы. — Ну, давай, делись планами.
— Первое — привести себя в нормальный вид.
— Это само собой, — согласилась подруга, немного успокаиваясь. До этого взгляд Евы был каким-то странным. Не убитым, не страдающим, но каким-то заторможенным. Теперь же она снова стала собой. Пусть явно уставшей и не веселой, но такой, какой была раньше.
— Потом встречусь сначала со Светланой и Самойловыми.
— Ну, с первой я встречу устрою. А вот вторые… Уверена, что они согласятся?
— О, я думаю, они скоро сами начнут искать меня, — таки не допив чай, девушка отставила чашку. — Давай спать, я с ног валюсь.
— Пойдем. Только учти, завтра ты мне все-все расскажешь, — Неша погасила свет и начала пониматься по лестнице.
— А куда ж я денусь? — вздохнула Ева, с трудом сдерживаясь, чтобы не попроситься ночевать прямо на том же диване. — Можно один вопрос?
— Давааааай, — зевнула Агнесса, останавливаясь уже на самом верху.
— На кой черт было делать спальни на втором этаже?
— Знаешь, я сама себе иногда этот вопрос задаю.
— И что говорит внутренний голос?
— Что надо было раньше думать, теперь поздно метаться…
— Утро туманное, утро седое… — издевательски выводил чей-то отчаянно фальшивящий голос над ухом спящей Евы. Девушка попыталась прятаться под подушку, но ту сразу отобрали, и Неша, смеясь, добавила. — Если сейчас не встанешь, я тебе «Вставай, проклятьем заклейменный» напою.
— Слушай, кошмар какой, ты поешь почти так же плохо, как я… — глаза никак не хотели открываться, но, по уже имеющемуся опыту, отбиться от Агнессы было почти так же реально, как от Степана, решившего, что именно сейчас хозяйка обязана его почесать. То есть, процент удачи близок к нулю.