К тому же, это был Ленни.
Ступая по тротуару, она молилась, чтобы не столкнуться с пьяным отчимом Ленни.
Брызгая слюной и рыча, собака метнулась на покрытую грязью москитную сетку на окне квартиры на первом этаже. Отскочив назад, Клэр с сомнением поглядела на крошечные винтики, удерживающие сетку на месте – единственная вещь, которая не давала собаке добраться до нее.
Хватаясь за железные перила липкой ладонью, она бежала по ступенькам, изо всех сил стараясь не обращать внимания на так некстати всплывшие воспоминания о мастиффе [5] ее кузена, напавшем на нее, когда ей было всего восемь.
Когда она добралась до двести двенадцатой квартиры, лай стал едва слышным. Через дверь в стальной раме ревел телевизор. Клэр постучала. Никто не открыл. Она попробовала еще раз, на этот раз сильнее.
– Че тебе надо? – неожиданно послышался резкий голос.
Клэр обернулась, потирая горевшие от боли костяшки пальцев. Пожилая женщина с впалым ртом и глубокими морщинами выглядывала из-за обшарпанной двери напротив.
– Я ищу Ленни. Мальчика, который здесь живет. Вы его знаете?
Маленькие пронизывающие глазки изучали ее поверх провисшей цепочки замка.
– Ты из соцслужбы? – И прежде, чем Клэр смогла ответить, женщина затараторила дальше: – Вам давным-давно надо было забрать этого пацана.
– Я не социальный работник, – вставила Клэр, решительно тряхнув головой. – Я его учитель английского.
Старуха фыркнула.
– Чего это учителя по домам ходят?
– Его не было три дня. – Три дня. А Ленни никогда не пропускал занятия. – Я волнуюсь. Завтра у него экзамен, и я хочу удостовериться, что он здесь.
Клэр не стала говорить, что беспокоится еще и потому, что отчим Ленни мог причинить ему вред.
Женщина проглотила это. Ее презрение, похоже, поуменьшилось, и пронзительный взгляд потеплел. Она осторожно посмотрела по сторонам, потом сняла цепочку и открыла дверь пошире, чтобы просунуть в нее голову с проседью.
– Пацана нету. Забудь о нем.
– Нету? – нахмурилась Клэр.
– Ага, нету. – Морщинистая рука старухи активно призывала Клэр побыстрее уходить отсюда. Седая голова покачалась вверх-вниз. – Иди же. Уходи. И никогда сюда не возвращайся.
Клэр плевать хотела на странный приказ и ткнула большим пальцем на квартиру у себя за спиной.
– С Ленни что-то случилось?
Пронзительные глаза старухи сузились.
– Я наблюдала за пацаном. Эти старые глаза все-все видят. – Старуха замолчала на несколько секунд, чтобы указать двумя пальцами, искореженными артритом, на каждый глаз по очереди. – Я наблюдала за пацаном. А теперь его нету. Так что забудь о нем.
Клэр тихонько покачала головой, подозревая, что женщина, говорящая подобные странности, не совсем в своем уме.
– Спасибо.
– Увидишь мальчишку – обходи его за километр! Слышишь меня? За километр!
Неуверенно улыбнувшись, Клэр двинулась к лестнице, но остановилась на верхней ступеньке.
– Э-э, да, мэм.
Бешеный собачий лай преследовал ее, пока она перебегала улицу к своей машине. От разочарования давило в груди. Вытаскивая ключи, она заметила, как кто-то несется через пустую детскую площадку, перед которой была припаркована машина. Внезапно он споткнулся и упал, подняв облако рыжего песка. Облокотившись о крышу машины, Клэр ждала – учителю в ней нужно было убедиться, что парень поднимется на ноги.
Солнце исчезло за крышами, и небо окрасилось в мутно-пурпурный. Видимость быстро ухудшалась, и Клэр со своего места уже с трудом видела, как поднимается мальчишка. Он обернулся и бросил взгляд через плечо.
[[5] Мастифф – английский дог. Порода служебных собак; шерсть короткая, гладкая, окрас обычно желтовато-коричневый; морда чёрная; высота 75 см; используется для охраны.]