Суть Времени 2013 № 15 (13 февраля 2013): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Колонка главного редактора

Рассчитывайте только на себя! Заключительное слово на Съезде родителей России

Отвечая за ваши малые дела там, где вы есть, вы одновременно с этим отвечаете за Россию и за человечество

Сергей Кургинян

Я хотел бы подвести черту под нашим съездом.

Да, время от времени будут происходить какие-то успехи… Но ради бога, прошу вас всячески: не рассчитывайте ни на какие успехи, рассчитывайте только на себя.

Вы бежите на стайерскую дистанцию — это будет тяжело… Если на площадях России не будет в определенный момент 100 000 оппозиционных патриотов, то даже разумное поведение власти приведет… ну, не к сирийскому, так к какому-то другому варианту.

Нас пока что мало, нас стало больше, мы научились чему-то, но труд наш должен быть удесятерен. Мы должны уметь очень трезво посмотреть на себя, очень точно понять, где, как и куда мы двигаемся. И только в этом движении мы можем что-то обрести. Это первое.

Второе. Стройте свои регулярные коллективы. Все держится на способности людей быть вместе. Вот вы говорите про соборность. Для меня соборность — это единство живых и мертвых. Вот просто актуальное единство живых и мертвых. Но смысл заключается даже не в этом. Я 20 лет в русском патриотическом движении — газета «Завтра» и так далее… И знаменитая шутка, что когда русские патриоты говорят о соборности, это означает разборность, имеет под собой, увы, определенные основания.

Мы должны учиться жить вместе. В каждом городе, в каждом населенном пункте, везде. Это очень трудная наука. Может быть, самая трудная наука заключается в том, чтобы преодолевать конфликты, усталость, чтобы постоянно, неуклонно укреплять единство внутри создаваемых политических гражданских общин. Если его не укреплять, если позволить ему разрушиться или не наращивать его, то мы победить не сможем. Любая распря, любые внутренние разборки на руку врагу.

Мы сейчас это преодолеваем. Но чем дальше будет нарастать работа, чем труднее будет работа, тем больше будет нарастать усталость. Усталость должна преодолеваться. Для того чтобы она преодолевалась, нужно знать, что ты отвечаешь за свою коммуну, как за семью. Вот ты не можешь развалить семью, вот ты и это развалить не можешь. Бейся днем, ночью, плачь, смейся, встречайся — что угодно делай, но чтобы в результате все были вместе.

Да, кто-то отойдет в сторону. Да, кому-то не по дороге. Но все время ядра должны уплотняться, уплотняться и уплотняться. Мы рассматриваем любые конфликты где бы то ни было как катастрофу Движения. Мы готовы создавать конфликтные комиссии для преодоления каждого отдельного конфликта. Я мечусь по стране, потому что знаю, что надежда именно на вас, а это предполагает культуру большую совместной жизни.

Третья и четвертая задача заключается в том, чтобы точно понять, что такое реальность и что такое своя самооценка. Люди должны будут идти в политику, должны будут идти в общественную жизнь, но они должны точно понять, чего им не хватает, чтобы там побеждать. Пошел — уже все: до конца и до победы.

Мы будем оказывать всяческую помощь, но вы сами должны учиться, учиться и учиться. Только ваш внутренний рост, очень большой, сильный рост, который невозможен без действия, может обеспечить победу. Все остальное обрекает нас на поражение.

А если мы потерпим поражение, его потерпит Россия. А если Россия его потерпит, то мир покатится в пропасть, потому что Россия была, есть и будет катехоном, то есть местом, которое удерживает мир от падения в бездну. Это ее миссия в мире. Поэтому ее ненавидят.

Отвечая за ваши малые дела там, где вы есть, вы одновременно с этим отвечаете за Россию и за человечество. Вот цена того, что вы начали. Если вы подойдете к этому по-другому, вы не выдержите напряжения.

Мы издаем с невероятным напряжением газету. Мы сделаем политический университет. Мы научим людей. Но, как говорил великий Станиславский, «научить нельзя — научиться можно». Если люди сами каждую минуту не будут вкладывать в это все больше и больше труда, дело рассыплется.

Гражданские движения… не имеют права быть тождественными движению политическому. Они захватывают людей, которые, возможно, не хотят разбираться, чем Вебер отличается от Маркса и что такое исторический проект, но они хотят отстоять детей.

Постепенно… мы слышали же здесь — что люди все патриотичны, что все понимают, что происходит, что все за традиционные ценности… Постепенно это должно расширять вас, но как только вы расширяетесь сами и кооптируете еще людей действительно в политику, вы должны расширять эту гражданскую периферию.

Вы должны быть вместе с каждой бедой. Бедой в промышленности, бедой в сельском хозяйстве, бедой в социальной жизни, бедой в семье, бедой в здравоохранении, везде. Вы должны быть там, где плохо и помогать реально бороться там. В этом ваша миссия.

Когда говорят про Законодательные собрания… кто там что будет делать в этих Законодательных собраниях? Гнить? Чуть-чуть, так сказать, улучшать материальное благосостояние? Надо идти туда, где беда. Надо идти в гибнущие города, надо идти в гибнущие поселки. Надо идти туда, где реально надо спасать людей. Надо и спускаться из вашей, иногда очень трудной жизни, спускаться в ад. В этом ваша миссия. Рядом с вами ад. Спуститесь туда и выведите оттуда людей. Это ваша задача, и нет других задач. Любая другая задача — это карьерная псевдополитика, это барахло. А ваша задача — это миссия, и вы должны ее исполнить, потому что больше это сделать некому.

И моя последняя просьба. Вы используйте то, что происходит [здесь, в этом зале]. Это — очень большая победа. Идиот тот, кто не использует победу. Она ваша, всецело ваша. Мы чуть-чуть помогли вам, но она ваша, вы должны это понимать. Это историческая победа. Каждый из вас по одному не мог бы этого сделать, а все вместе вы это сделали. Сейчас в этом зале почувствуйте, что вы вместе. И поймите, сколько вы можете. И это унесите с собой.

Но ради бога… никакого чванства, никаких иллюзий, никакого изменения представлений. Вы можете использовать победу для того, чтобы усилить ваши действия, — используйте! Но любое зазнайство, любое представление… Вас начнут покупать, вас начнут облизывать. Помните, что «папиросу можно взять, а от жизни придется отказаться». В этом принцип. Если что-то нужно для победы и для дела — да. Если начинается обласкивание, которое приводит к тому, что вы теряете этот внутренний аскетизм, эту монашескую готовность идти в мир и побеждать там, то любые эти обласкивания есть соблазн, бесовской соблазн, который надо от себя отстранить. Потому что в противном случае погибнет великое дело, а другого уже не будет.

Можете спасти других? В жизни есть две серьезные вещи (жизнь вообще тяжелая штука), все остальное — барахло. Первое — делать добро людям. Второе — постигать завтра больше, чем постигаешь сегодня. И наконец, третье — делать и то и другое вместе. А ничего больше в жизни нет. Это — жизнь!

Все, что сегодня произошло, сделали вы, вы, но вы вместе. Если завтра вас вместе будет больше, а ваше «вместе» будет плотнее, вы сделаете еще больше. Но даже сделав еще больше, идите к страждущим братьям, спускайтесь в ад. Многие из вас сами оттуда пришли. Не лезьте в это благолепное, гламурное, отвратительное барахло. Это все мерзость, ничего не стоящая и никакого счастья не приносящая. Счастье — приносить людям благо. Счастье — спасать свою Родину, и счастье — жертвовать собой ради великой цели. Другого счастья человеческого нет и не будет!

Есть такой американский термин turning point — поворотная точка. Неважно откуда начнется поворот, начнется от ювенальной юстиции — прекрасно! Ведь вы понимаете, что сегодня произошло! Дело не в двух ювенальных законах. А дело в том, что подряд, одним шагом за другим, наша политическая элита, сознательно или несознательно, в каком бы качестве она ни находилась, она начала плевать в лицо американцам и Западу так, как не делала никогда.

Мы можем по-разному относиться к разным героям этого процесса, но вы понимаете, что там все заикаются от того, что предложено еще переименовать Волгоград в Сталинград. Вы понимаете, что все началось с десталинизации, а кончилось этим. Вы понимаете, что такое запрет на гомосексуальную пропаганду — там? Он [Запад] говорит, что это меньшинство такое, беззащитное меньшинство… Эти меньшинства представляют собой власть. И каждый, кто там жил и видел, что там происходит, и знакомился с этой элитой, прекрасно понимает, какая мафия правит Европой. Это они такие, так сказать, слабенькие и жалкие? Мы не хотим их ни сжигать на кострах, ни трогать их права. Мы хотим, чтобы они не осуществляли по отношению к нам террор. Они! Это они нам все навязывают.

Значит это принято? — принято! Это тоже — тоже. А эта ювеналка, о которой сказано сейчас, что этого не будет, — это тоже сделано. А этот Закон Димы Яковлева? У американцев есть больная точка одна, никто не понимает ее как следует, это надо чувствовать изнутри, как это все там у них устроено. Они считают себя дико высокоморальным народом. И когда их назвали народом детоубийц, то ничего более оскорбительного не могли сделать. Они начали заикаться. И по тому, как мечутся белоленточники по площадям, видно, как начали заикаться хозяева. Хозяева впали в неописуемую ярость…

Мы присутствуем при неком возможном повороте, но этот поворот будет осуществлен реально, если народ снизу начнет поворачивать. Тогда ему навстречу что-нибудь придет, потому что ситуация безвыходная, потому что страна приговорена, потому что как бы грешны ни были отдельные элитные люди, они не настолько грешны, чтобы развалить Россию. Они не настолько грешны, чтобы отделить даже Северный Кавказ. Они — люди. Они не вот эта тамократическая нечисть. Горбачев продал великую страну и власть за Нобелевскую премию, за барахло, за чечевичную похлебку, за эти вонючие серебреники.

Сейчас ситуация другая. Одно дело, там, «святой и грешный», все мы грешные. Другое дело взять и снова развалить Россию. Сомневаюсь, что нечто подобное возобладает даже в этой элите. Но точно знаю, что только народное «НЕТ!», только народная воля к сопротивлению окончательно решит вопрос, спасет Отечество, детей, все нас и мир. И это все в ваших руках. В ваших руках! И от вас зависит, как вы этим распорядитесь.