Малер презрительно засмеялся.
— А ты? Кто ты такая? Или кем ты себя воображаешь?
Мистраль почувствовала, как к горлу подкатил комок, но ей удалось справиться со страхом.
— Если будешь продолжать в том же духе, я не смогу тебе помочь, — сказал он.
Девочка нервно провела рукой по волосам.
— Помочь в чем? — тихо спросила она.
— Например, вернуться домой. Где ты живешь?
— В Париже.
— Мммм… Далековато отсюда, да?
— Зависит от того, где мы сейчас.
Малер приподнял бровь.
— Хорошая попытка. А ты умница.
— Я знаю, что ты не хочешь мне помогать.
— Тогда ты должна знать и то, что я не хочу причинять тебе боль. Мне нужна одна вещь. Ты знаешь, какая…
— Нет, — упрямо ответила девочка.
— Мистраль… — настаивал Малер, указывая на открытую дверь у нее за спиной. — Ты должна рассказать мне, что вы сделали с этим чемоданом… или мне придется пойти за скрипкой?
Воспоминание о гипнотизирующих звуках этого инструмента заставило ее задрожать. От одной мысли, что ей снова придется слышать эту мелодию, у нее расширились глаза от страха.
— Так что, идти за скрипкой? — вызывающе сказал Малер.
— Ты сказал, что вывел меня из дома, когда он рушился… — пересиливая страх, произнесла Мистраль.
— Точно.
— А что случилось с остальными?
— Как? Там был еще кто-то? — спросил Малер, притворяясь удивленным.
— Ты отлично знаешь, что были.
— Понятия не имею, сколько вас там было. Ты мне скажешь?
Мистраль покачала головой.
Малер оперся на кровать.
— Дело твое, конечно, но не думаю, что кто-то еще спасся. Пол обрушился… И унес с собой твоих друзей и моего друга Рысенка…
Мистраль почувствовала, как в глазах у нее набухают слезы.
— Это закон природы: кто-то умирает. Кто-то остается. Ты жива, девочка, благодаря мне. Ты не хочешь отблагодарить меня за это?
Мистраль медленно покачала головой.